Книга Восемь мстительных богов, страница 51 – Наталья Андреева

— Но у меня только два свидания в месяц!

— У тебя же адвокат есть. Есть?

— Пока нет. По назначению.

— А родственники? Мама, папа?

— Брат. Родители далеко.

— Чем занимается брат?

— Работает.

— Это понятно. Кем?

— В офисе. Мы давно не виделись.

— Телефон давай.

— Но…

— Что тебе мешает? Гордость?

Герман молчал.

— У тебя выхода нет, – нажал Снегин. – Связь будем держать через твоего адвоката. А пока его нет, я тебе мало чем могу помочь. Поэтому заканчивай ломаться, гони координаты своего брата и настаивай на свидании с адвокатом.

Герман нехотя продиктовал номер телефона. «Борис Карлович», – пометил Снегин в записной телефонной книжке.

— Ты ему все расскажешь? Всю правду? – Карлович моргнул, аж слезинка капнула.

«Вот зараза, – подумал Снегин. – Одно слово: сталкер. Комедию ломает. Такие не плачут». И сурово сказал:

— Разумеется.

— Хотя Борис не удивится. Я рос неправильным ребенком.

— Все мы в детстве хулиганили.

— Я не хулиганил. Пакостил. Борису по-крупному.

— И за что?

— Он старше. Умнее. Всегда все делал правильно. А мне хотелось доказать, что мир принадлежит другим. Таким, как я.

— Доказал? – с усмешкой спросил Снегин.

— Мне просто не повезло, – с досадой сказал Герман. – И как глупо попался! Меня, мошенника со стажем, виртуоза кидалова, заманили в ловушку! Зуева не настолько умна. Я умных баб всегда сторонился. Мне лишние проблемы не нужны.

— Но Зуев-то был не дурак. И Антонов тоже далеко не глуп.

— То другое дело. От мужика требовалось одно: вспыльчивость. Чтобы ревнивый был. Собственник. Чтобы при виде соперника, который его жены домогается, мозги бы тут же отключались. У богатых характер со временем трансформируется. Когда вокруг одни подлипалы, то кажется, что все дозволено.

— Да ты психолог! – хмыкнул Снегин.

— В моей работе иначе нельзя. Но кто-то и меня просчитал. Ты мне помоги. Самому небось интересно? Случай неординарный. Прямо как в кино.

— Лесть? Зачет. Время вышло, Карлович. Жди адвоката.

— Спасибо.

— Вот зачем я это делаю? – спросил Снегин, засовывая смартфон обратно в карман. – Ты и на зоне неплохо устроишься.

Потом встал и кивнул охране: закончили, мол.

Итак, рука. Что имел в виду Зуев, когда сказал: «У тебя вон рука»? Похоже, драку Егор Всеволодович все-таки планировал. Но почему-то не среагировал, когда на него напали. Первый же пропущенный удар оказался в рефлексогенную зону, и Зуев потерял ориентацию.

Значит, не ожидал от человека, стоящего за спиной у Германа, нападения. Убийца не казался Зуеву опасным. Сосед? Друг детства? Зоя Валентиновна упомянула, что они вместе росли. Егор, она и Ося.

Остап Ефимович Первак. Вот с кем Снегину хотелось побеседовать в первую очередь. Давно уже стемнело. Пока он доберется до нужной локации, у всех нормальных людей закончится рабочий день. Есть шанс застать Первака дома. А нет, так с матерью его поговорить.

Дверь открыл темноволосый мужчина высокого роста и плотного телосложения, с бородой. В пятницу его допрашивал другой опер, не Снегин, который в это время занимался вдовой. Поэтому хозяин квартиры смотрел на визитера с удивлением.

— Капитан Снегин из криминальной полиции, – представился он и протянул удостоверение. – А вы…

— Первак.

— Остап Ефимович?

— Он самый.

— Ося, кто там? – раздался из глубины квартиры женский голос. Красивый, низкий, с приятной чувственной хрипотцой.