Книга Дочь его врага, страница 134 – Виктория Богачева

— Но я прослежу, чтобы он не смог больше хватать никого за косы, — добавил совсем тихо.

Я резко подняла голову, и наши взгляды встретились. Конрад смотрел на меня совершенно спокойно, почти расслабленно, только глубоко внутри глаз клубилась тьма.

— Раттенбергу очень нужен мой отец, раз он пошел на такую сделку.

— Я уверен, он рассказал далеко не все об этом свитке, — согласно кивнул Эшворт. — Есть что-то, что заставляет его спешить. И идти на крайние меры.

Прежде чем задать следующий вопрос я сделала глубокий вдох. Внутри все трепетало и сжималось, как если бы я стояла на обрыве с поднятой ногой и готовилась шагнуть в пропасть.

— Если Гронер сказал, где прячется мой отец, то что дальше?..

— Раттенберг отправился к императору. Он должен одобрить его план.

— Который заключается в том, что?..

— Вылететь на место и схватить его.

Я нервно сглотнула. Речь шла о моём отце. О человеке, которого я любила, ненавидела, боялась и жалела одновременно. И сейчас он где-то прятался с украденным Камнем и свитком, и не знал, что Гронер его предал, и что к нему летят имперские драконы.

— Ты полетишь с ними? — спросила я, хотя знала ответ.

— Да.

— Когда?

— Завтра на рассвете. Если император одобрит план сегодня ночью.

Я замолчала. Скользнула взглядом по забинтованным рукам и одеялу, затем посмотрела на полоску вечернего света за окном.

— Я хочу отправиться с вами.

Мгновенно подобравшись, Конрад изменился в лице. Расслабленность исчезла, и на ее место пришла жёсткость, которую я видела постоянно в ректоре Эшворте.

— Нет.

— Конрад...

— Нет, Беатриса. И это не обсуждается.

— Это мой отец, — сказала я. — Мой отец, который отправил меня к тебе, и использовал, и на которого я решила донести, потому что не было другого выхода. Я имею право быть там, когда его схватят. Я должна быть там!

— У тебя магическое истощение. Одного этого достаточно, чтобы запереть тебя здесь на неделю.

— Мне уже лучше.

— У тебя лихорадка, Беатриса. Целитель запретил тебе колдовать. Ты не сможешь даже щит поставить, если что-то пойдёт не так.

— Что может пойти не так? Вас будет сколько, семеро? А отец один...

Конрад резко поднялся со стула и отошёл к окну. Повернулся ко мне спиной и уперся ладонями в подоконник, отчего на плечах взбугрились мышцы.

— Ты не понимаешь, о чем просишь, — бросил он резко. — Твой отец — боевой маг. Мы не знаем, в каком он состоянии и на что готов пойти. Но когда он поймет, что его загнали в угол, он может решиться биться насмерть.

— А может и не решиться… — возразила я. — Что если он сдастся?

Ответом мне послужил раздраженный выдох.

— А может и нет. Может, ему плевать на тебя, Беатриса. Он уже доказал это, когда отправил тебя сюда как приманку. Когда написал «ты всё сделала правильно», зная, что ты ничего не делала. Когда поручил Гронеру создавать вокруг тебя опасность, чтобы метка выжигала меня.

— Я знаю, — сказала я. — Я всё это знаю. Я стояла перед императором и говорила ему те же слова. Но он мой отец, Конрад. И пока я не увижу его лицо и не услышу его голос, пока он сам мне не скажет, что ему на меня плевать, я не смогу... — я запнулась, потому что горло перехватило.

— Не сможешь что?

— Закрыть эту дверь, — прошептала я. — Внутри себя. Пока остаётся хоть что-то... хоть какой-то шанс, что он посмотрит на меня и вспомнит, что я его дочь, а не третий компонент для ритуала... Мне нужно это увидеть. Или не увидеть. Но мне нужно знать.