Книга Нежеланная гувернантка снежного князя, страница 123 – Алекс Скай

Без него рука казалась странно лёгкой.

И немного своей.

Савель стоял справа, между двумя стражниками. Формально не связан, но окружён так, что каждый видел: он больше не регент, свободно выбирающий место в зале. Он — человек, которому предстоит отвечать.

И всё равно он держался прямо.

У дальней стены сидел хранитель печати.

Алиса сразу поняла, что это он. Старик был тонкий, почти прозрачный, в тёмно-синем одеянии без украшений. Длинные седые волосы лежали на плечах, пальцы — на посохе из белого дерева. Глаза у него были светлые, но не холодные. Скорее слишком много видевшие. Когда дети вошли, он поднялся, хотя это движение явно далось ему тяжело.

— Наследник. Княжна.

Он поклонился им.

Не Рэйнару.

Не Совету.

Детям.

По залу прошёл шёпот.

Мира соскользнула с рук отца, но тут же взяла его за руку. Другой рукой нашла Алису. Эйран встал рядом с сестрой, так близко, что их светящиеся запястья почти соприкасались.

Хранитель печати посмотрел на знаки долго.

Потом сказал:

— Значит, Север всё же дождался тех, кто не стал требовать.

Гайрен нахмурился.

— Хранитель, Совет должен удостовериться…

Старик поднял руку.

— Совет слишком долго удостоверялся в собственных страхах. Теперь послушает.

Это было сказано тихо, но Гайрен сел.

Алиса едва не улыбнулась. Некоторые старые колени, возможно, действительно возражали, но голос у хранителя был крепче многих молодых амбиций.

Рэйнар вышел в центр.

— Ночь дала нам больше свидетельств, чем мы ожидали. Лорд Савель Аркт обвинял детей в угрозе роду, госпожу Алису — в самозванстве и опасном влиянии, меня — в неспособности управлять домом. Сейчас мы разберём каждое обвинение.

Савель слегка поклонился.

— Благодарю за возможность защитить истину.

Хранитель печати посмотрел на него.

— Истина редко нуждается в таком красивом плаще.

В зале стало слишком тихо.

Мира шепнула Алисе:

— Он мне нравится.

— Мне тоже, — шепнула Алиса.

— Он старый.

— Это не мешает.

— Он как дерево, только с носом.

Алиса кашлянула, чтобы не рассмеяться.

Рэйнар услышал. На этот раз точно. И не обернулся только усилием воли.

Леди Берта вышла первой.

Она принесла письма.

Не одно письмо из саквояжа Алисандры, а целую связку — аккуратно перевязанных, с одинаковым знаком перечёркнутого круга. Их нашли, как объяснила Берта, в комнате Савеля после того, как она по распоряжению князя открыла его дорожный сундук при свидетелях. Савель попытался возразить, что это нарушение его прав как члена Совета, но пожилой родич из северной ветви сухо заметил, что права человека, задержанного у родового дерева после попытки навязать древней печати свою волю, требуют проверки не меньше, чем права детей, которых он называл угрозой.

Берта читала не все письма.

Только выдержки.

— «Госпожа Вейр должна прибыть до второго дня перед Советом. Её задача — не вмешиваться в воспитание, а удерживать наследников в состоянии внешнего спокойствия». — Голос управляющей оставался ровным, но Алиса видела, как побелели её пальцы на бумаге. — «Любая привязанность к детям недопустима. Их страх полезен, пока направлен внутрь». Следующее: «Служба будет оплачена после решения о временном попечении. В случае успеха госпоже Вейр обеспечат место вне Северного дома».

В зале зашептались громче.

Савель улыбнулся.