Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 32 – Матвей Дубравин

— Был и молодец, только вот мне до этого что?

— А вот что, – важно заявил глава гильдии. – При нём была революция. Его в поединке убил крестьянин первого ранга. А ведь Аргонт имел целых десять жизней, крестьянин же только одну. И при этом он победил короля десять раз подряд. Только потом он был убит вице-королём, но и у вице-короля он успел оттяпать, по легендам, четыре жизни.

— Это не та ли история про крестьянина Жана? – поинтересовался Ахель. Ему претило то, что его тут никто не замечает.

— Да, она самая, – кивнул глава гильдии. – Посмотри, – обратился он к Ояду. – Жан был такой же ничтожный человек, как и этот. Как там тебя? Анель?

— Ахель! Я вам это уже кучу раз говорил. Как вы ведёте свои счета, не в силах запомнить короткое имя!

— Я не запоминаю пустяков, – объяснил глава гильдии.

— Я-то представился много раз, – продолжал Ахель, – а вот вы не представились ни разу. Даже с Оядом я не имел возможности поговорить, обратившись к нему по имени, так как никто мне его не сообщил. Только по вашим разговорам с ним я это и понял. Не кажется ли вам такой подход невежливым, господин глава гильдии? Глава гильдии из одиннадцати человек, включая вас самого. – После этих слов главный купец уставился на него особенно яростно. – Хотя, – продолжал Ахель, – работа у вас, как я понимаю, всё равно сложная. Ещё бы, ведь один из этих одиннадцати – вы сам. А управлять собой – занятие не из простых. Я вот далеко не всегда справляюсь с этим.

— Если это комплимент, – сказал главный купец, – то самый убогий комплимент, который я когда-либо слышал.

— А если это оскорбление, – вскричал Ояд, – то оно самое тонкое, чёрт возьми! Хватит болтать. Пора действовать.

— Пора, – согласился глава. – К сожалению, пора. Прошу всех покинуть шатёр. Я хочу поговорить с Ахелем лично.

— Сколько можно тянуть, – возмутился Ояд. – Пока мы разминаем языки, наши кулаки затекают в бездействии.

— Затекают кулаки – иди работать крестьянином, – заметил глава, – а махать ими просто так я тебе не дам.

За эти слова Ахель начал немного уважать главного купца. Видимо, он был чем-то похож на старосту селения. Каким же интересным образом наглость сочетается у правящих людей с мудростью? Жаль только, что они прячут эту мудрость. Но как удачно они её иногда подают!

Никто не стал противиться беспрекословному тону. Все, кроме начальника и привязанного Ахеля, вышли. Начальник поморщился, утёр пот со лба и занял освободившееся кресло. Он мог бы сесть на него сразу, в начале переговоров, но решил уступить его Ояду, чтобы тот мог успокоиться. В конце концов, самому начальнику кресло требовалось только для соблюдения статуса. В свои сорок пять он ещё был полон сил, чему помог образ жизни, требующий определённых физических усилий.

— Итак, давай поговорим последний раз, – сказал он. – Беседовать с нашим купцом бесполезно. Он ничего не хочет слушать. Остаёшься ты, но проку от тебя не много. Всё, что ты можешь сделать, селянин, так это снова подробно всё рассказать. Может, я выужу что-то полезное из твоего рассказа и смогу убедить Ояда.

Ахель не верил в такой исход событий. К тому же он совершенно не хотел, чтобы Ояд остался жив: тогда купцы убили бы самого Ахеля. Если же Ояд не отречётся от дуэли, то Закон будет оберегать Ахеля не только до поединка, но и семь дней после него от всяких нападок. Так действовали «чары», а вернее сказать – правила. Этих семи дней ни на что бы не хватило: всё-таки единственный способ уехать из селения – это поехать с купцами в город, а они бы его растерзали, нарочно удлинив путь. Правда, выход был, но… Ахель пока не хотел им пользоваться.