Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 116 – Матвей Дубравин

— Но я сам не затевал ни одной аферы. Все мои грешки неразрывно связаны с вашими, так что вы не сможете подставить меня, не опозорив себя ещё сильнее. Что на это скажете?

— Но ты-то тоже попадёшься, – воскликнул Фаул.

— Король уже меня простил, – махнул рукой Гулт. – Я рассказал ему и о себе так, чтобы не упоминать вас. Это было почти невозможно, но я справился. Собственно, незапечатанный конверт содержал информацию обо мне самом! Мой авторитет тут же упал, и король сказал, что теперь у меня навечно первый ранг, я буду работать за мизерную плату и после смерти меня похоронят как простого горожанина. Таким образом, я уже наказан, но это наказание не так сильно, как то, что светит вам. Король простил меня за выслугу и за чистосердечное признание вины. Так что, товарищи, вы вляпались. И первое, что я предлагаю: перестать нам собираться. Иначе нас будет легче поймать. Кроме того, тогда вы снова будете плести аферы у меня под носом. И вообще, лучше бы вам уехать куда подальше. Если вы продолжите свои грязные дела, я могу попросить короля открыть конвертик-другой и при моей жизни. Тогда он узнает и о нашем клубе. Мне от этого станет хуже, безусловно. Я ведь, когда каялся, преподнёс всё так, будто виноват только я. О тех делах, в которых я не мог умолчать о вас, я и вовсе не рассказывал королю. Так что он ничего не заподозрил: дипломатия у меня в крови. Но если он прочтёт конверты – меня, наверно, посадят, но с вами обойдутся ещё хуже. Так что лучше вам никогда не заявлять о себе ничего плохого и держаться друг от друга подальше. Иначе вы просто подставите друг друга, мои хорошие! И ещё одна просьба к тебе, Фаул.

— Чего ты хочешь? – спросил Фаул без эмоций.

— Лаунт очень нервный. Он может всё испортить и выдать ВСЕХ. Ты понимаешь, к чему я клоню. И сделай это прямо здесь и сейчас.

Лаунт тяжело вздохнул. Фаул не дал ему опомниться: он выхватил из-за пояса револьвер, обхватил Лаунта за шею и приставил оружие к виску. Но вот на выстрел он не мог решиться. Всё-таки с Лаунтом он был знаком довольно давно, и привычный холодный расчёт подвёл Фаула.

— Но ведь… – пробормотал Лаунт. – Каждый из нас мог сделать то же самое, что и ты, Гулт. Каждый!

— Именно, – смахивая пот, кивнул бывший мэр. – Но только один человек мог сделать это первым. И более того, вас король бы не простил. Вы нарушали закон куда наглее, чем я. А теперь я предлагаю сделать то, что я приказал, – и рассеяться навек. И вы будете сидеть как тихие мышата в своих протёртых рабочих креслах.

Прогремел выстрел. Лаунт стеклянными глазами смотрел куда-то вперёд, но этот взгляд не был осмысленным. Из его виска текла струйка густой крови. Спустя пару мгновений Лаунт медленно повалился на пол.

— Сейчас сюда прибудет полиция, – сказал Фаул. – Но я не мог не застрелить его. Теперь нам остаётся бежать.

— Нет, полиция не придёт. Я договорился с полицейскими этой улицы. Они всё сделают так, как надо. Прийти может только официант, – отчеканил бывший мэр. – И теперь я прошу уйти всех, кроме Фаула. С ним у меня особый разговор. Уходите по одному. С интервалом в пять минут. Можно чуть больше. И никому ни слова о случившемся!

Первый человек сразу вышел и растворился в полумраке коридоров. Вскоре дверь открыл официант.