Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 275 – Матвей Дубравин

К Линве и Ахелю тут же подошёл другой слуга и, жестом пригласив их идти следом, повёл их на улицу, на дворцовую площадь, где они заняли приготовленные им места за открытым банкетным столом.

Площадь была заполнена толпой, разделённой на две части ковровой дорожкой, по которой уже успели пройти Линва и Ахель. Толпа встретила их овациями.

Они уселись и начали внимательно смотреть на следующих, кто должен был пройти по дорожке. Следующими, конечно, шли представители другого мира. Спустя время за ними по дорожке пошли члены общества, которое поддержало Ахеля. Ент так и раздувался от гордости. Он радостно помахал Ахелю и Линве, и те помахали ему в ответ. Следующим, под аплодисменты, шёл Маркус из недавно реформированного Ордена Отречения, который теперь стал называться Орден Благословения, а его режим принял значительно более мягкую форму. Увы, этот орден раскололся надвое. Большая часть его членов отказались что-либо менять и так и остались в Отречении. Но была и вторая часть, которую теперь возглавлял Маркус. И своей главной целью Маркус теперь считал вразумить тех, кто остался Отречённым.

Небо над площадью было ярким и разноцветным. Смотреть на него было необычайно приятно. Всем сразу стало очевидно: это новое Явление Закона.

— Линва, – сказал наконец Ахель, немного смущаясь, – нам через столько пришлось пройти! Особенно тебе.

— Не скромничай, – ответила Линва. – Я всего лишь была твоей помощницей.

— В конце – скорее я был твоим помощником, – покачал головой Ахель. – Но больше всего в этой истории странно другое.

— Что ты имеешь в виду? – не поняла Линва.

— Видишь ли, ты изначально пошла за мной не из-за существ. Ты просто была в меня влюблена. А я – нет, и потому всё складывалось как-то странно, непонятно. Даже неестественно, что ли.

— Ну… я… – Линва покраснела и опустила глаза. – Не обращай на это внимание, пожалуйста. Я же ни о чём не прошу.

— Всё это время я думал, как мне реагировать на твою любовь, – продолжал Ахель. – Изначально я хотел просто дать тебе возможность хорошо устроиться в Столице – и на этом разойтись.

— Но тебе для этого ничего и не надо делать. Король и так дал нам титулы и прекрасное отдельное жильё. – Линва погрустнела. – И теперь мы и правда можем разъехаться, если ты настаиваешь.

— Так дело в том, что я уже не представляю, как буду жить один. Когда ты будешь где-то далеко. Это будет для меня уже очень странным и чуждым. Линва, я хочу, чтобы мы и дальше были вместе.

Он положил на стол маленькую бархатную коробочку с кольцом. Линва едва сдержала крик радости – и крепко обняла Ахеля. Во время её импульсивного движения металлический палец изящно сверкнул в лучах яркого солнца.

Небо почернело. Настала минута скорби. На ковровую дорожку вышел человек, держащий в руках урну с прахом. Человек, идущий перед ним, держал портрет Илдани, перевязанный чёрной лентой. Музыка сменилась на меланхоличную, но не менее прекрасную.

После них на дорожку вышли четверо человек, несущих гроб. На нём стоял портрет вице-короля. Но, дойдя до дворца, эти люди не стали заносить гроб внутрь. Они свернули и пошли куда-то, в неясном направлении. Впрочем, любой образованный человек уже понимал, куда они идут. Они шли на особое кладбище, где находили (если так можно выразиться) покой люди, противившиеся воле Закона.