Книга Отвернувшиеся девочки, страница 51 – Хэйли Чьюинс

— Обращайтесь к ней по её настоящему имени, – говорю я, скрещивая руки на груди. – Её зовут Линна.

Господин Кроуиф смотрит на меня так, словно только сейчас заметил, что я существую.

— Что ж, как вам угодно. – Он поворачивается обратно к Линне, улыбаясь: – Линна Ландд. Уверен, вы обе знаете, что наказание за укрывательство владеющей – смерть. А Королева-дитя вас укрывала, не так ли?

Делаю шаг к нему, но Линна хватает меня за руку.

— Нет, – шепчет она. – Ему нужна я.

Гневно смотрю на господина Кроуифа, вырываясь из Линниной хватки.

— Вы не можете убить Королеву-дитя, – говорю я.

— Я могу делать всё, что пожелаю! – взвизгивает господин Кроуиф. Затем разглаживает пиджак, расправляет плечи.

— Когда Королева-дитя умрёт – когда владеющие приволокут её на скалы за предательство (а я внушил им, что того желает море), – они попросят меня стать их правителем. И тогда я, смотритель всего этого вашего шума, превращу Пагубагон в место, которым ему всегда было суждено быть. – Он понижает голос до шёпота: – Тихое место. Место без музыки.

— Море ничего не желает! – кричу я. – Это были вы. Вы столкнули Поющую Морю в волны – море её не уносило. – Господин Кроуиф лишь хмыкает. – Да и трон в таком случае займёт Блай, – говорю я.

Господин Кроуиф смеётся:

— Этот говорящий загадками пустослов? Ты разве не слышала? Он одержим старыми скорбями. Даже в раннем детстве отказывался покидать это место. Цеплялся за пыльные занавески, пренебрегал помощью, предложенной смотрителем…

— Вы заперли его там, – говорю я.

Он улыбается:

— Да, пожалуй. Но я преподношу эту историю иначе. И в этом суть историй: главный рассказчик, а не рассказ.

— Если вы можете делать всё, что захотите, – встревает Линна, – зачем вам я?

Господин Кроуиф проводит костяшками пальцев по щеке Королевы-дитяти.

— Владеющие любят это милое личико, – говорит он. Королева-дитя отшатывается. – Они любили Девятого Короля. И даже любили Поющую Морю. Я не могу просто сообщить о её предательстве – я должен им его показать.

Он толкает Королеву-дитя, и та падает вперёд, подвёрнутая лодыжка её подводит.

— Они вам не поверят, – шепчет она. – Они не поверят, что я прятала…

— О, но они всегда так делают в конечном счёте, – говорит господин Кроуиф. – Возможно, не сию же секунду, но когда увидят, во что Ландд превратилась здесь по твоей милости. – Он окидывает Линну взглядом с головы до ног.

Линна усмехается:

— Я с вами не пойду. Не стану помогать в вашем вранье.

— Ещё как станешь. Потому что иначе, – он бросает взгляд на меня, – сама знаешь, что бывает с отвернувшимися, которые поют. – Мне хочется броситься на него, вцепиться в его надменное горло. – Я знаю про тебя всё, – говорит господин Кроуиф, пристально на меня глядя. – Молчание приносит больше пользы, чем музыка. Поющей Морю следовало это знать.

— Дельферния, – шепчет Линна, – позволь мне это сделать. – Она поворачивается к господину Кроуифу. – Когда? – говорит она.

— Нет! – говорю я. – Нет!

Господин Кроуиф удовлетворённо складывает ладони.

— Завтра вечером. На фестивале королев. Я велел владеющим собраться в саду Всех безмолвий. Сказал, что им предстоит столкнуть в море предателей, – он сверлит меня взглядом, – потому что того требуют волны.

Линна побелела в лице. И всё же опускает подбородок.