Книга Чугунные крылья Икара, страница 149 – Борис Конофальский

— Отлично. А с чего бы это околоточному Стакани лезть в это дело? — слегка усомнился Бернарди.

— Он большой любитель проявить преданность и выслужиться перед начальством, — нашёлся Буратино. — Да и недолюбливал он Бурбеллу за то, что тот носил длинные волосы и американские сапоги. Его, в общем-то, у нас в городе не любили, он был хам.

— Отлично, — опять произнёс Бернарди. — Но вы должны понимать, Джеппетто, что нам нужны доказательства.

— Труп и два револьвера вас устроят? — спросил Буратино.

— Это была бы сказка, — обрадовался Бернарди, — с трупом, пистолетами и вашими показаниями я посажу кого угодно.

— Труп и пистолеты лежат в море, в порту у шестого пирса, — произнёс Пиноккио. — Я покажу вам, где это.

— А вдруг труп унесло? — заволновался следователь.

— Никуда его не унесёт, он завёрнут в брезент, перетянут стальной проволокой и к нему привязаны две чугунные чушки. Пистолеты там же.

— Значит, вы покажете? — не верил в такую удачу синьор Александр.

— Я согласен на следственный эксперимент и на очную ставку с доном Базилио и околоточным Стакани.

— Хорошо. Вы будете показывать где это было и как это происходило, а мы будем записывать ваш голос на агрегат. Согласны?

— Ладно, — кивнул Буратино.

— Со своей стороны обещаю вам пять лет в специальной тюрьме. И считайте, что вы легко отделались. Парилья, поднимай людей, бери прибор, чистый валик, мы едем в порт за трупом.

Почти всё складывалось так, как и рассчитывал Пиноккио, правда, наручники с него сняли только наполовину. То есть одной рукой он был прикован наручниками к парню по имени Сампторини.

Следственная группа и подследственный на глазах у удивлённых докеров бродили по шестому пирсу. Первыми шли Буратино и Сампторини, за ними следовал Дежар, он нёс звукозаписывающий прибор, а уж потом шли все остальные.

— Мы привезли его вот сюда, — рассказывал Буратино про убийство подрядчика Бурбеллы. — Стакани начал его бить дубинкой по голове, мне это не понравилось. Я сказал, что надо кончать и ехать спать.

— А что ответил Стакани? — спросил Бернарди.

— Он согласился, — произнёс Буратино, — и я выстрелил.

— Сколько раз?

— Один раз, в грудь, в сердце. Потом стал стрелять Стакани.

— Сколько раз?

— Не помню, три или четыре, все в голову.

— Хорошо, дальше.

— Потом мы обмотали его брезентом и обвязали проволокой. К проволоке привязали чугунные чушки.

— Где взяли всё это?

— Брезент привезли с собой, чушки и проволока здесь везде валяются.

— Так, дальше.

— Затем подтащили вот сюда. — Буратино подошёл к самому краю пирса и осмотрелся вокруг. Вокруг не было уже ни души, парни из следственной группы разогнали и докеров, и сторожей.

— Подтащили, и что дальше? — продолжал следственный эксперимент следователь.

— Дальше? — переспросил Буратино, сердце его бешено забилось. И он улыбнулся в лицо синьору Александру. — А дальше было вот что, — сказал он и вдруг прыгнул с пирса.

— Держите их! — крикнул Бернарди подчинённым, но те, естественно, не успели.

И Буратино вместе с прикованным к нему Сампторини полетел в воду. В грязную портовую воду, поверхность которой покрывал толстый слой плавающего мусора. Они ещё не успели погрузиться в эту кашу, когда Буратино уже достал из кармана бритву. И то, что он не смог бы сделать в нормальных условиях и за минуту, под водой он сделал за долю секунды.