Книга Чугунные крылья Икара, страница 36 – Борис Конофальский

— Вот как? Это уже любопытно.

— Да, не только у нас, я сегодня говорил с Филлипе Брусарди, он сказал, что будет переходить на табак и мануфактуру, так как у него уже никто не покупает выпивку. Он же мне сказал, что уже многие ребята так поступили.

— Да, — сказал Буратино задумчиво, — а вот мы не можем перейти на табак и мануфактуру. Нам придётся бороться.

— Кое-какое время мы сможем продержаться, — произнёс Пепе, — у нас будут брать товар Антонио Траппа и Антонио Басалорди. Это мои старые хорошие друзья.

— Личные связи много стоят, — сказал Буратино, — но из одиннадцати наших клиентов у нас останется всего два. Этого мало. Ты, Пепе, выясни, кто сбивает цены на товар. Это важный вопрос.

— Хорошо, — пообещал Альварес.

А в это время Лука и Рокко зашли в один из самых грязных кабачков порта. Мух здесь было видимо-невидимо, посетителей тоже. В основном бродяги моря, портовые докеры и всякое жульё. В помещении стоял смрад, который производился наигрязнейшим поваром города. А также жиром в жаровне, которые не менялся уже, наверное, месяц и был цвета хорошей нефти. Хозяин, наглый на вид пузан с головой, повязанной тряпкой, бросил беглый взгляд на вошедших ребят и затем, подозвав официанта, шепнул ему что-то. Официант тут же скрылся в подсобном помещении.

— У тебя швайка при себе? — морщась от вони, спросил Чеснок у приятеля.

— Конечно, — ответил Лука, тоже морщась, — а что?

— Паршивое местечко, — отвечал Рокко, — а я обрез забыл.

— Да, — согласился Крючок, — место дрянь и люди на людей не похожи.

— Какие люди! — вдруг громко крикнул кто-то. — Неужто сам Рокко Чеснок к нам пожаловал.

Ребята поглядели на кричащего и сразу оба узнали его. Это был небезызвестный Диего Блацо по кличке Фиксатый. Диего улыбался ребятам, как старым знакомым, впрочем, они и вправду были давно знакомы.

Фиксатый подошёл к пацанам и, сверкая даже в смрадном воздухе этого кабака своим золотым зубом, протянул руку:

— Здравствуй, Рокко, давно не виделись, ты, я слышал, стал крупным человеком в бригаде Носатого Буратино. Много шума вы наделали, ребята, за последнее время.

— Стараемся, — скромно сказал Чеснок.

— И ты, Лука, — Диего поздоровался и с Крючком, — ты тоже хорош. А совсем недавно вы воровали дыни на рынке да вешали кошек. А сейчас гляжу на вас и восхищаюсь, — он подмигнул пацанам. — Признавайтесь, девки, наверное, сохнут по таким красавцам? А?

Фиксатый весело засмеялся.

— Да брось, Диего, — немного сконфузился Чеснок, — что ты из нас, в самом деле, рисуешь?

— Не скромничайте, ребятки, не скромничайте, — он взял пацанов под руки, повёл их к подсобке, — а ведь я вас помню ещё сопливыми, чумазыми. Как летит время, как летит время. Пойдём-ка выпьем за встречу. Хозяин! Самого лучшего рома для наших уважаемых гостей.

Они втроём уселись в небольшой, на удивление чистой и даже свежей комнатушке, куда им тотчас была доставлена бутылка отличного ямайского рома и много мясных закусок явно неплохого качества.

— За встречу, — поднял бокал Фиксатый, и они выпили. — Кстати, ребятки, если не секрет, конечно, а что вы делаете в такой отвратной дыре, как эта? Судя по вашему прикиду, люди вы небедные, могли бы найти трактирчик и побогаче.

«А ты-то что тут делаешь?» — хотел было спросить Чеснок, но из вежливости ответил: