Книга Божьим промыслом. Кинжалы и вексели, страница 49 – Борис Конофальский

Пока супруга и Клара Кёршнер ездили по магазинам, а Дитрих уехал в свою главную контору, что была сразу за Купеческими воротами, там же где и мастерские, генерал прибывал в приятном покое и одиночестве. Ну, если не считать сыновей, что перемещались по огромному дому, внося в его упорядоченную жизнь каплю живительного хаоса. Но вскоре лакей ему доложил, что господин Ламме и господин Нейман желают его видеть. Вот их-то генерал и ждал. Вернее, ждал он Сыча и ещё кого-нибудь из офицеров, но то, что приехал Нейман, уже вернувшийся из Ланна, порадовало его.

— Не передал ли мне архиепископ письма? — сразу интересовался барон.

— Нет, — отвечал капитан, — но сказал, что вы отменный удалец, и что благодарит вас за подарочек.

«Подарочек!»

Ладно, и то хорошо, что удальцом назвал, это значило, что всё в порядке, а капитан ещё и вспоминает:

— А ещё поп сказал, что вашему сеньору письмо послал грозное, с требованием наказать вас и краденое вернуть немедля.

Но это генералу только на руку было, герцог, скорее всего, ещё и порадуется, что его вассал утёр нос спесивому соседу, и тот теперь в бешенстве.

— Ладно, — говорит генерал, — пусть. А теперь о нашем деле. Фриц, ты взял то, о чём я тебя просил?

— Ну, а как экселенц, конечно, — откликался Сыч. — Всё привёз о чём вы в письме просили.

И тогда они вчетвером: барон, Нейман, Сыч и Ёж, уселись в его покоях и под пиво и мясные закуски, стали говорить о деле, для которого Сыч и Нейман с несколькими людьми и приехали в Мален.

*⠀ *⠀ *

Вечером того же дня снова пошёл дождь, и хоть сумерки только начали сгущаться, от низких туч на улице уже потемнело. В этот день, убелённый сединами почётный секретарь коллегии адвокатов Бельдрих, после чуть затянувшегося ужина, на котором он с коллегами обсуждал разные судебные дела, подъехал на своей хорошей карете к своему прекрасному дому. Он вовсе не удивился тому, что возле дверей дома были люди. К нему часто приходили всякие просители из бедных, чтобы знаток законов посоветовал, хоть пару слов сказал бесплатно про то, как им быть в разных судебных делах.

Секретарь этого влиятельного человека, тоже адвокат, и зять по совместительству, выскочил из кареты первый, и откинул для тестя ступеньку, а после подал патриарху руку. Бельдрих был человеком грузным, а ещё носил платье старого кроя, благородную котту с запахом, почти до пят, потому из кареты и выходил осторожно, а когда вышел, то к нему подошёл вдруг рослый человек в самой простой одежде, похожей на крестьянскую. Лицо того рослого, было укрыто от дождя капюшоном, и он спросил у почтенного человека:

— Вы ли будете адвокат Бельдрих?

— Да, это я, а что тебе? — чуть заносчиво отвечал ему адвокат. К нему часто обращались всякие, в том числе и люди самого низкого звания, что искали в судах содействия и защиты, и потому адвокат был не удивлён.

— Просили вам послание одно передать, — продолжал человек из-под капюшона.

— Кто просил? Что за послание? — бурчал Бельдрих, он только что хорошо поужинал и не был расположен к делам, тем более со всяким низким людом, от которого хороших денег ждать глупо. Но этот человек его удивил, сказав вдруг:

— Послание то от графа Малена.

— От кого? — не сразу понимает адвокат. И тут же спрашивает: — Ну, и где же оно?