Книга Божьим промыслом. Серебро и олово, страница 97 – Борис Конофальский

— Леманн.

— Да, господин генерал, — юноша сразу бросил ложку и встал.

— Во время еды можете не вставать, — произнёс барон, и когда молодой человек послушно сел, продолжил: — Вы, надеюсь, понимаете, что всё, что вы здесь услышите — тайна, и никому разговоры наши передавать нельзя?

— Да, господин генерал, господин фон Готт мне о том сразу рассказал, и отец про то ещё раньше говорил, — сообщил ему молодой Леманн.

Волков был удовлетворён этим ответом, и после оборотился к Дорфусу:

— Ну, майор, чем порадуете?

— Хочу сказать, что обосновались они там не плохо, — отвечает тот. — Оказывается, уже семнадцать лет в Эвельрате у туллингенских своё торговое подворье. Телеги через перевал идут всё время: в снег, в дождь — идут. И не мудрено, дело-то, наверное, прибыльное.

— Конечно прибыльное, спросите у медников в Малене, почём нынче олово. Узнаете — так удивитесь, — отвечает ему генерал.

— Оно и видно, — отрываясь от фасоли вставляет Мильке, — земля под подворьем своя, выкуплена вся, у них много земли, рядом ещё и конюшни на семь десятков лошадей. А телеги какие у них… — майор качает головой от восхищения. — Нам бы такие не помешали. Оси железные, втулки железные, колёса на железной полосе… Вроде не очень большая, а сорок пудов, а может и сорок пять, запросто возьмут, и на каменистой дороге не развалятся.

— Главное они увозят в Лейдениц, на реку, грузят и спускают по реке до Нижних земель. Много ещё берут купцы из Ланна. Остальное идёт нам, в Мален, и немножко горцам, — продолжает Мильке. Ему, судя по всему, очень нравится фасоль, и вспоминая туллингенское торговое подворье, он, забывшись, с удовольствием облизывает ложку. — Купцы с севера у них уже расписаны… Ну, кому, когда за товаром приплывать. Из Винцлау им возят олово до перевала возницы тамошние, там, где-то в Эддене, в горах, возле самого перевала, у них большой склад, там чушки переваливают на телеги фринландские, а те уже спускают олово в Эвельрат.

— Всё это очень… Получается недёшево, — замечает генерал.

— Недёшево, — соглашается офицер, — но вы же сами заметили, что олово дорого неимоверно. Видно, всю дороговизну своей ценой покрывает. А купцы там… — Тут Дорфус усмехается, — одеты побогаче вас будут, господин генерал. Даже приказчики и у тех шапка из бархата с пером белым, а то и шёлк под курткой мелькнёт.

— Ладно, а вы были в самом подворье?

— Нет, а через ворота я посмотрел. Прямо на дворе я… — тут Мильке вспоминает: — наверное, не менее тысячи чушек видел, может даже две, не посчитать их было с улицы, каждая пуд весит… Сложены в стопки. А что там у них в складах и конторах… — Он качает головой: — Не узнал. Но здания богаты, экипажи возле — богаты, сами купцы, как я уже сказал, в бархате и парче.

— В жару-то? — Удивляется генерал.

— Они все из-за перевала, видно им жара не в диковинку, — поясняет офицер. — В общем, добра там столько, что их телегами за раз всё не увезём, неделю нужно будет всё к реке возить…

Волков ещё и не говорил им о том, что собирается грабить туллингенцев, но и Дорфус и Мильке ни секунды не сомневались в его намерениях. Знали своего генерала.

— Ладно, — с удовлетворением после услышанного произносит барон. — А теперь о главном… Что там с охраною?

И тут Дорфус пренебрежительно машет рукой: