Книга Владычица Авалона, страница 89 – Мэрион Зиммер Брэдли

Кейлин чувствовала, как поток силы нарастает: зримый свет воплощал в себе ту стихию, что вихрилась вдоль границы круга. Волна эта чуть подрагивала, накатывая на разбитые камни: так течение сталкивается с преградой на дне реки. Но вода бездумно следует по пути наименьшего сопротивления. А целеустремленное упорство танцоров помогало этому потоку силы преодолеть любое заграждение.

Танец ускорялся, сила выплескивалась наружу – от окружности отходили подрагивающие языки и истончались, вытягиваясь вовне. А вот направленная внутрь сила оставалась в границах: она закручивалась неспешным водоворотом, могучим и неодолимым, пусть и чуть неровным и прерывистым там, где камни были повреждены.

Верховная жрица, надежно утвердившись на земле Тора, направила свой дух вниз, в недра холма. Она не единожды проделывала это прежде – и всякий раз, в тот миг, когда она ощущала, что сила и впрямь потекла мощным потоком, Кейлин захлестывало изумление.

Воздух внутри круга постепенно густел. Жрица заморгала: и камни, и танцоры оделись зыбкой золотой дымкой. Кейлин воздела руки, вбирая в себя свет. Совсем рядом, в ином измерении, ждала Королева Фаэри. Если друиды смогут призвать достаточно силы и если Кейлин сумеет правильно ее направить, женщина-фэйри с помощью этого мощного потока переместит Авалон между мирами.

Волны силы бушевали вокруг, голова кружилась, перед глазами все плыло; искажение, исходящее от разбитых камней, нарастало с каждой минутой. Кейлин с трудом удерживала равновесие, вспоминая ту ночь, когда она возвращалась на Тор по воде, бушевала гроза, ладью швыряло туда-сюда, а Водомерка пытался причалить. Дружеские руки были уже готовы подтащить их к безопасной бухте, если бы только Кейлин удалось перекинуть веревку на берег. Она попыталась – широко размахнулась и бросила веревку, и сама едва не полетела за борт. Ветер ненадолго улегся – только это их и спасло.

Так было и сейчас. Она зашаталась: бешеный шквал сбивал с ног; она призвала силу – но не могла направить ее туда, куда нужно.

— Отпускай!

Кейлин не знала, донесся ли этот голос снаружи или изнутри. Как бы то ни было, дольше она не выдержала. Воля, до сих пор поддерживающая ее, ослабела, сила вырвалась на волю, и жрица рухнула замертво.

— Простите… я оказалась слишком слаба… – Кейлин понимала, что лепет ее звучит жалко. Она заморгала, не вполне понимая, в сознании ли она или все это ей грезится. Постепенно мир перестал раскачиваться. Она сидела на земле, привалившись спиной к алтарному камню; из смутной тьмы вокруг нее выплывали бледные лица, то обретая, то вновь утрачивая четкость. – Простите, – повторила она, на сей раз тверже. – Я не хотела вас напугать. Помогите мне встать.

По крайней мере, мрачно подумала она, озираясь по сторонам, она сохранила достаточно самообладания, чтобы направить в землю ответный удар силы и не дать ей сокрушить каменный круг. Все остальные, несмотря на пережитое потрясение, на ногах устояли. Самой Кейлин казалось, будто по ней промчался табун диких коней; сердце неистово колотилось, но надсадная боль в груди постепенно успокаивалась.

За пределами круга возникло какое-то движение. Что происходит? Четверо друидов помоложе уложили Гавена на носилки – и теперь переместили раненого внутрь круга.