Книга Владычица Авалона, страница 90 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Такова его воля, Владычица, – объяснил Амбиос. Тон его голоса яснее слов говорил: «Даже на пороге смерти он все равно остается королем…» Притащили скамейки и водрузили носилки поперек них. Как только тряска прекратилась, напрягшееся лицо юноши разгладилось – и он открыл глаза. Кейлин поглядела на него сверху вниз.

— Но зачем?..

— Чтобы помочь тебе, чем смогу, когда ты попытаешься снова… – отозвался Гавен.

— Снова? – Кейлин покачала головой. – Я сделала все, что могла.

— Надо попробовать по-другому, – вмешалась Шианна. – Не ты ли учила нас, что для такого рода магии триада обладает особым могуществом? Три точки всегда уравновешены куда лучше, чем одна.

— Ты имеешь в виду меня, Гавена и себя? Да ему даже оставаться в круге и то опасно! Если он пропустит через себя такую великую силу, это его убьет!

— Так я ж в любом случае умру от ран или меня добьют римляне, – тихо произнес Гавен. – Я слыхал, смерть короля заключает в себе великую магию. Думается мне, что в смерти я обладаю куда бóльшим могуществом, нежели еще неделю назад, будучи в полном здравии. Понимаешь, теперь я помню, кто я таков и кем был всегда. Жизнь, что во мне еще теплится – невеликая цена за такую победу.

— А Шианна тоже так считает? – горько спросила Кейлин.

— Я люблю его… – Голос девушки чуть дрогнул. – Как я могу ему отказать? Он всегда был королем в моих глазах.

— Мы снова найдем друг друга… – Гавен поднял глаза на Шианну, а затем на Кейлин. – Не ты ли сама учила нас, что эта наша жизнь – лишь одна из многих?

Кейлин выдержала его взгляд, хотя сердце у нее рвалось на части. В этот миг она прозревала самую суть не только Гавена, но и Шианны, и понимала: тот пламенный дух, что сиял в глазах девушки, знаком ей издревле: встарь ей доводилось и любить его, и противостоять ему.

— Да будет так, – нехотя согласилась она. – Попытаем счастья вместе, ибо кажется мне, что мы связаны одной цепью. – Верховная жрица выпрямилась и обвела взглядом остальных.

— Если вы все еще полны решимости попытаться, тогда займите свои места вокруг камней и возьмитесь за руки. Но на сей раз мы танцевать не будем. Поврежденные камни не могут удержать в себе силу. Вам нужно направить ее поток посолонь через соединенные руки, пока мы поем…

И снова Тор объяло безмолвие. Вдохнув поглубже, Кейлин крепко утвердилась на месте – словно бы все ее существо проросло в землю корнями! – и затянула первую вибрирующую ноту священного созвучия. Поначалу негромкая, она нарастала – в хор вливались все новые и новые голоса; теперь Кейлин не только слышала, но видела вибрацию – как подрагивающую в воздухе дымку. Как только нота зазвучала мощно и ровно, сама Кейлин петь перестала. Шианна и Гавен тоже умолкли, но жрица чувствовала: они используют звук для того, чтобы собрать и сосредоточить свою силу и направить ее туда, куда нужно.

Это внушало надежду; но может, дело было в том, что она сама все глубже погружалась в транс и могла наблюдать за происходящим беспристрастно и отрешенно. Кейлин сосредоточилась еще больше – и затянула вторую ноту созвучия.

Гармония усложнялась, смутное свечение разгоралось все ярче. Если стихия, пробуждаемая танцем, бушевала мятежно и яростно, то этот свет казался устойчивее и ровнее. Более опытные друиды заняли места у поврежденных камней; их мощь уравновешивала способности всех прочих.