Книга Лесная обитель, страница 72 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Кинрик! – вскричала Эйлан. Во взгляде ее зажглось понимание. – Вот почему он так озлоблен на римлян и готов бесконечно слушать о трагедии на Моне, хотя произошла она давным-давно. А стоило мне начать расспрашивать, на меня всегда цыкали: молчи, мол!

— В этом твоем Кинрике, яром ненавистнике римлян, ровно столько же римской крови, сколько и в том пареньке, за которого твой отец отказался тебя выдать, – со смехом отозвалась Кейлин. Эйлан, обняв себя руками, неотрывно глядела в огонь.

— Или ты мне не веришь? – переспросила жрица. – К сожалению, это все чистая правда. Ну, может статься, римляне чувствуют вину за то, что натворили, но твой дед такой же хитрый, изворотливый политикан, как и любой римский сенатор: он заключил сделку с Цериалом, который был наместником до Фронтина. Так или иначе, в Вернеметоне возвели Лесную обитель, и в ней укрылись женщины и жрицы со всей Британии. Лианнон наконец-то стала Верховной жрицей, и мне тоже нашлось место среди служительниц святилища, главным образом потому, что никто не знал, куда еще меня пристроить. Я состою при Лианнон с самого моего детства, но не я стану ее преемницей. Это мне дали понять со всей ясностью.

— Почему нет?

— Поначалу я думала, что такова воля Богини… из-за того, о чем я тебе рассказала. Но теперь мне кажется, дело в том, что жрецы понимают: я беспрекословно слушаться не стану. Я всей душой люблю Лианнон, но я слишком хорошо ее знаю: она податлива как воск. Думается, она посмела возражать Совету только один-единственный раз – когда настояла на том, чтобы оставить меня при себе. Но я вижу этих интриганов насквозь и говорю то, что думаю, хотя… – Кейлин невесело покачала головой, – хотя и не так, как сейчас с тобой!

Эйлан улыбнулась в ответ.

— Наверное, это правда – я даже представить себе не могу, чтобы в отцовском доме прозвучала хотя бы половина всего того, что я услышала нынче ночью!

— Они ни за что не позволят мне вещать голосом Богини – они же не будут знать, что я скажу! – Кейлин, неожиданно для нее самой, снова рассмеялась. – Им нужен кто-то более благонадежный. Одно время я думала, что преемницей станет Диэда; но я краем уха слыхала, что сказал Арданос, когда выбор пал на нее. Мне кажется, предполагалось, что это будешь ты.

— Ты уже говорила что-то в этом роде, но сдается мне, мой отец намерен выдать меня замуж.

— В самом деле? – Кейлин изогнула бровь. – Что ж, возможно, я и ошибаюсь. Я знаю только, что твоей руки просил сын префекта лагеря в Деве.

— Отец так рассердился… – Эйлан покраснела до корней волос, вспоминая, что Бендейгид ей наговорил. – Он сказал, что подыщет мужа для Сенары как можно скорее, чтобы сплавить ее с рук прежде, чем она доставит ему столько хлопот. Я подумала, он и мне такую же участь готовит. Но он ни словом не упоминал о том, чтобы отослать меня в Вернеметон. Если я не могу быть с Гаем, наверное, мне все равно, что делать и чем заниматься, – убито прошептала она.

Кейлин задумчиво посмотрела на девушку.

— А у меня к браку сердце никогда не лежало; я ведь так давно связана обетами с Богиней. Наверное, из-за того, что случилось со мною в детстве, мне противна самая мысль о том, чтобы принадлежать мужчине. Полагаю, будь я несчастна в святилище, Лианнон нашла бы способ выдать меня замуж; она ведь желает, чтобы я была счастлива. Я очень ее люблю, – добавила жрица. – Она стала для меня больше, чем матерью.