Книга Предатель. В Новый год без меня, страница 26 – Анна Риман

— Откуда? — спросила я.

— Здесь продают, — коротко.

— В лесу.

— В лесу тоже живут люди.

Я усмехнулась.

Он поставил фейерверк в снег, утрамбовал, достал зажигалку. На секунду замер, будто что-то вспоминал.

— Отец всегда запускал, — произнес он спокойно. — На каждый праздник. Мы с сестрой ждали этого больше всего.

Я повернулась к нему.

— У меня тоже сестра, — вырвалось неожиданно. — Она сейчас… с мамой. Наверное, уже открывают шампанское. Без меня.

Слова прозвучали глупо и больно.

Тимур кивнул — один раз, без комментариев. Я поймала себя на том, что хочу спросить больше.

— А твоя сестра… где она?

Он застыл так, будто я коснулась места, которое нельзя трогать. Лицо не изменилось, но челюсть — да. Сжалась.

— Давай не сейчас, — сказал он тихо.

И вместо ответа чиркнул зажигалкой.

Огонек побежал по фитилю, и я невольно отступила на шаг. Тимур не шелохнулся. Просто смотрел вверх — еще до того, как фейерверк взлетел.

Вспышка разорвала небо. Потом вторая. Третья.

Свет разливался по снегу и по нашим лицам, и на секунду всё стало таким простым, будто в мире нет ни Гаджиева, ни Марата. Только ночь. Новый год. И мы двое среди чужого веселья.

Я подняла голову и поймала себя на том, что улыбаюсь уже не криво.

А Тимур стоял рядом — напряженный, молчаливый, чужой и почему-то единственный, кого бы мне хотелось заставить улыбнуться.

Мы вернулись в домик вместе, будто так и надо.

Снег с ботинок потёк на коврик, в прихожей запахло морозом и дымком — тем самым, что цепляется за одежду после фейерверков. Внутри было тепло, лампа под потолком давала мягкий жёлтый свет, и тишина уже не давила так, как днём.

Тимур закрыл дверь на замок, проверил ещё раз — коротко, привычно. Потом снял куртку и повесил аккуратнее, чем раньше.

— Холодно, — сказала я, хотя на самом деле дрожь была не от мороза.

— В лесу иначе не бывает, — отозвался он и прошёл на кухню.

На столе всё ещё стояли тарелки, нарезка, мандарины. Шампанское почти пустое, две кружки с недопитым. Я посмотрела на них и вдруг почувствовала, как странно это выглядит: будто мы правда встречали Новый год. Двое чужих людей в домике, который мы не выбирали.

Тимур налил воды в чайник, включил. Звук кипения оказался неожиданно домашним.

— Ты про сестру рассказывал… — осторожно начала я, поправляя растрепавшиеся волосы. — Вы с ней близки?

Он не ответил сразу. Повернулся к окну, как будто там мог появиться правильный ответ. Потом коротко кивнул.

— Да.

— Где она сейчас? — я спросила тихо, чтобы не звучало как лезу в душу. Но всё равно лезла.

Тимур оперся ладонью о столешницу. На секунду его лицо стало жестче.

— Дома.

— С мужем? — сорвалось само.

Он бросил на меня взгляд — быстрый, как вспышка. Не злой. Предупреждающий.

— Она замужем, да, — сказал он ровно. — И ребёнок есть.

От этих слов у меня внутри что-то неприятно кольнуло.

— Ты по ним скучаешь? — спросила я и тут же пожалела.

Он отвернулся, будто это слово задело где-то под рёбрами.

— Не выпытывай, Алина. Я бы хотел сейчас быть с ними.

Я сжала пальцы на краю стола.

— Тогда зачем ты здесь? — мягче, чем могла. — Зачем тебе Марат?

Тимур молчал так долго, что чайник успел щелкнуть и выключиться. Он налил воду в кружку, поставил передо мной. Потом сел напротив, сложив руки на коленях — как человек, который держит себя в рамках.