Книга Папа в подарок, или Шанс на новую жизнь, страница 85 – Алекса Гранд

— Привет, малышка!

— Привет, папочка. Ты вернулся?

— Да.

— Ненадолго.

Я оживаю, сокращая разделяющее нас расстояние, и жестко перебиваю Вадима до того, как он успеет наобещать дочери золотые горы и полцарства в придачу.

Прохожусь по нему пренебрежительным взглядом и жестом намекаю, чтобы даже не думал выкинуть что-нибудь безрассудное.

— А пойдемте к нам чай пить. Нечего мерзнуть в такой холод.

С присущей ей мудростью, Тамара Николаевна спасает ситуацию. Морщится от напряжения, висящего между нами, транслирует что-то сыну безмолвно и, к моему огромному облегчению, забирает у него Сонечку.

А спустя каких-то пять минут споро накрывает на стол и вручает мне полотенце. Чтобы я натерла и без того блестящий сервиз.

Достает из холодильника овощное рагу и говяжьи биточки, разогревает их в микроволновке и умело командует всеми нами.

По крайней мере, никто не решается с ней спорить и, уж тем более, затевать скандал.

— Понравилось тебе представление, малыш? — разложив столовые приборы рядом с тарелками, я усаживаюсь рядом с дочкой и нежно растрепываю ее пшеничные волосы.

— Да. Очень. Там были такой смешной Страшила и клевый Дровосек.

Соня болтает без умолку и делится своей новой мечтой. Стать актрисой, когда вырастет.

А я ощущаю, как распрямляется стальной обруч, сдавливавший грудную клетку. Теперь мне дышится намного легче, особенно, когда Гордей обнимает меня за плечи и мягко мажет губами по виску.

Все это не укрывается от Белова, мрачнеющего, словно грозовая туча. Но меньше всего меня сейчас волнуют его душевные терзания.

За исключением его явного неудовольствия, остаток ужина проходит ровно и без эксцессов. Мы с Северским нахваливаем стряпню Тамары Николаевна и обещаем свекрам заскочить через пару недель.

Гордей жмет руку Геннадию Семеновичу, хоть это и смотрится немного странно, и помогает Соне застегнуть молнию на курточке. Я же улучаю минуту и подаюсь к Вадиму, понижая голос до предупреждающего шепота.

— Если ты вдруг надумал манипулировать Сонечкой…

— Ника!

— Повторяю еще раз. Я не собираюсь мешать вашим встречам. Не планирую ограничивать ваше общение. Не буду ее настраивать против тебя. Но если ты попытаешься ею манипулировать, я сотру тебя в порошок, Белов.

Не знаю, откуда во мне берется эта агрессия, но я и правда готова растерзать Вадика на куски, как тигрица, защищающая своего детеныша.

Чувствует это и Белов. Отшатывается так, как будто я отвесила ему оглушительную пощечину. И изучает меня пристально, словно видит впервые.

— Ты изменилась, Вероника. Очень изменилась.

Гордей

— Богдан, а подгони-ка мне строительную бригаду.

— Без проблем. Для тебя все самое лучшее, Север. Отправлю к тебе пацанов после обеда.

Весело откликается Багиров на том конце провода, а я слышу, как он сюсюкается с дочерью, и не могу сдержать расплывающейся улыбки.

Удивительно, как одна забавная кроха превращает сурового бородатого мужика в ванильное облако. Да я и сам таю, когда смотрю мультфильмы с Сонечкой или читаю ей сказки.

Рассматриваю фотографию в рамочке, на которой изображены смеющиеся Ника с дочерью, которая перекочевала ко мне на стол со дня выставки ледяных скульптур, и чувствую, как в груди растекается тепло.

С появлением Солнцевых в моей жизни все переменилось. Теперь я встаю раньше будильника, чтобы не разбудить спящую рядом любимую женщину. Иногда успеваю приготовить ей завтрак и сорвать утренний поцелуй с пухлых сочных губ. И даже деньги я зарабатываю с утроенной мотивацией.