Книга Я тебя верну, страница 13 – Тала Тоцка

Мы с Крис переглядываемся.

Я на девяносто девять процентов уверена, что никакой болезни там нет, разве что алкоголизм. Поэтому Лора и смотрит на меня с плохо скрываемой злостью.

— Да, мама, Лиза права, — кивает Крис. — Если тебе правда нужны деньги на лечение, ты…

— Ой, ну конечно, — Лора скрещивает руки. — Я каждый раз буду приходить с протянутой рукой, а в ответ слышать «Где подтверждающие документы»? Вот так ты представляешь наши отношения?

— А какие у нас отношения, мама? — неожиданно резко отвечает Кристина. — Ты исчезла, когда мне нужна была помощь. Ты даже на похоронах вела себя как… — она запинается. — Теперь ты появилась, когда решила, что у меня есть деньги. Совпадение?

Лора сжимает губы, ее взгляд становится жестче. Она чувствует, что разговор выходит из-под ее контроля.

— Лиза, ты же понимаешь, что это неправильно? — вдруг обращается она ко мне, явно пытаясь сыграть на моих эмоциях. — Ты же не поддержишь это? Как можно так обращаться с матерью?

— Лора, — отвечаю спокойно, — мне кажется, ты давно потеряла право говорить о том, что правильно, а что нет.

Лора смотрит на меня долго, оценивающе. Затем резко вскидывает голову и хмыкает.

— Ты беременна, — не спрашивает, утверждает. — С кем успела нагулять? Где счастливый папаша?

Мне не нравится этот тон. Он уже не притворно-нежный, не укоризненный. Он оценивающий.

— А тебе какое дело? — холодно спрашиваю я.

Лора чуть приподнимает брови, ее губы кривятся в легкой усмешке.

— Да так, — говорит она, опуская взгляд на мой живот. — Просто стало интересно. Ребенок это такая ответственность. Так его отец знает о ребенке?

Молчу, не поддаваясь на провокацию. Лора пристально меня разглядывает, ее взгляд еще раз задерживается на животе.

Я не двигаюсь, просто смотрю на нее. Она больше не играет в заботливую мать, не делает вид, что ей важно, как мы живем. Сейчас в прищуренных глазах читается лишь один вопрос — как это можно использовать с выгодой.

— Ну что ж, Кристина, ты сама выбрала, — бросает Лора, отступая назад. — Я дам тебе время подумать. Может, ты вспомнишь, что у тебя все-таки есть настоящая семья. Твоя родная мать, а не это…

Она указывает на меня подбородком — даже не на меня, а на мой живот. Разворачивается на каблуках и уходит, оставляя нас стоять посреди улицы.

* * *

Мы с Крис медленно идем по улице. Даже не идем, плетемся как две старушки.

Молчание, висящее между нами в воздухе, звенит как натянутая струна.

Кристина нервно передергивает плечами. Несколько раз то засовывает руки в карманы, то вынимает, то снова засовывает. Сцепляет их перед собой, будто старается себя от чего-то удержать.

— Зачем я вообще предложила ей деньги? — в конце концов взрывается, резко поворачиваясь ко мне. — Мы ведь обе знали, что так будет. Что ей этого будет недостаточно. Что она захочет большего. Она всегда была такой… Ненасытной. Папа тоже всегда так говорил.

Я качаю головой.

— Ты не одна это предложила, — напоминаю подруге. — Мы обе решили, что так будет лучше.

Кристина горько усмехается. Хочет ответить, но передумывает.

Это правда. Я ее не выгораживаю и не оправдываю, она в этом не нуждается. Как и я не нуждаюсь в оправданиях.

Мы обе выросли за эти несколько месяцев. По крайней мере хочется в это верить.

Доходим до маленького кафе на углу, напротив входа Крис резко притормаживает.