Книга Хочу назвать женой, страница 40 – Виолетта Иванова

Когда на следующий день Рада вернулась домой, Алаяна ни словом, ни взглядом не дала понять, что плакала, и о приходе атамана ничего не сказала. Вечером Рада снова ушла к Матрене, а Алаяна вновь села вязать шаль. Почти месяц Рада жила в доме Матрены, но поставила ее на ноги. И снова вредная старушка отказалась перебираться к ним в дом со словами, что в чужом доме ей плохо становится, а в своем и стены помогают.

Потекли холодные дни, длинные ночи. Снегу намело много, горожане по домам сидели. Даже торговые караваны почти не заезжали к ним в городок. Только юркие мальчишки гоняли по улицам на санках.

Перед праздником Зимы по городку слух прошел, что атаман со своими ближниками куда-то в поход дальний подался, а зачем и почему никто не знал. Свадьба между ним и Марьяной так и не состоялась. Много слухов и сплетен по этому поводу ходило, но никто правду не знал. Только Алаяна сидела тихо и старалась не плакать при Раде. О том, что атаман приходил к ним в дом и замуж ее звал, так и не сказала.

В праздник они с Радой ходили к Матрене, сидели у нее до самых ярких звезд, желания загадывали. Ночь выдалась безоблачной, месяц светил ярко, под его светом снег искрился мелкими звездочками. Алаяна стояла на крыльце дома, смотрела в черное звездное небо и загадала: «Пусть у всех, кто заслуживает, счастье будет. А мне и того, что есть достаточно». Мысли об атамане она гнала от себя.

* * *

Когда зима к концу подходила, вновь с Алаяной беда стряслась. В тот день Рада отправила ее к Матрене обед отнести. Девушка задержалась у Матрены, помогла ей дом убрать, пироги поставила, а потом они долго чай пили, старушка о своей жизни рассказывала. От нее Алаяна ушла, когда уже месяц на небо взошел. Она шла небыстрым шагом, улыбалась. Вот поговорила с Матреной и на душе легче стало. Ей всего ничего до своего дома оставалось, когда из тени к ней высокая фигуры выступила. На лицо низко шапка надвинута, только бороду и смогла она разглядеть.

— Тебе говорили, чтобы ты на пути Марьяны не становилась, так не обессудь, — прохрипел неприятный мужской голос.

Тяжелый удар опустился на голову девушки. Ее спасло только то, что она сегодня в теплой шапке была, а еще поверх платок шерстяной материн повязала. Словно матушка вновь помогла ей. Алаяна упала на холодную землю. Мужчина еще раз ударил ее чем-то по голове и ногой по спине пнул, плюнул сверху.

— Умри, гадина, — вновь раздался его хриплый голос.

Алаяна сквозь шум в ушах услышала торопливые шаги, когда они стихли, с трудом поднялась и, шатаясь, дошла до своего дома. Как только Рада увидела ее, побледнела, подхватила под руки, довела до скамьи, стала стягивать с девушки одежду, раны осматривать.

— Ну ничего, всего несколько ран, голова целая. Заживет до свадьбы, — наконец с облегчением проговорила лекарка. — Сиди, я сейчас кровь смою и настойки тебе дам. Потом ляжешь и несколько дней не вставай.

Когда Рада обработала все раны девушки, напоила отварами, принялась расспрашивать.

— А что мне сказать? — Алаяна опустила взгляд. — Я не знаю, кто напал на меня, лица не видела. Могу только сказать, что это мужчина был.

— И почему он напал на тебя? Алаяна, прошу, расскажи все, не таи в себе, — попросила Рада. — Я хоть чем-то смогу тебе помочь.