Онлайн книга «Когда мотылек полюбил пчелу»
|
– Ты забыта, – продолжало издеваться пламя. — Однажды я вспомню, с твоей помощью или без. – И в тот самый день мир пошатнется. Жизнь тебя не изменила. Любовь тебя не испортила. Боль не расколола на кусочки. Пока. Я опустила голову. Я больше не чувствовала разочарования. — Что же я такого сделала, чтобы заслужить подобную судьбу? – Ты сделала выбор. — Какой выбор? – Неправильный. Огонь облизывал мой разум, невидимый и дымный. Он поймал меня в своем мире. – Каждое живое существо пребывает на этом свете лишь для того, чтобы очистить свою Судьбу. Ты выбрала забытье, чтобы уберечь свою Судьбу от хаоса, который посеешь, хаоса, который будет вечно преследовать тебя. Ты ходишь среди нас, и теперь ты одна из нас. Ты сможешь призывать наших детей, если того захочешь. Позволь нам направить тебя. Оставайся в нашем свете, если хочешь оставаться настоящей. Пламя больше не бушевало. Теперь я почувствовала его беспокойство: на вкус оно было как прах и сажа. Мои огненные плечи опустились. Сердце сдавило болью. — Ты хочешь сказать, что я – Квелис или что ты подаришь мне то, что не должно мне принадлежать? Огонь ответил не сразу. – Если мы ответим тебе, то всколыхнем воспоминания. И потому мы не скажем ничего. — Ты только и делаешь, что предупреждаешь меня, – прошептала я. – Но если я так опасна, то почему ты потребовал, чтобы Солин разделил со мной транс? – Потому что мы должны были убедиться… увидеть и понять, та ли ты, о ком мы думаем. — И это так? – Ты даже больше, – печально прошипел огонь. – А теперь задай один вопрос. Мы ответим на него и удем. Я моргнула в темноте: больше я не видела ни огненный мир, ни Солина. Я была одна, как и всегда. И было в этом что-то успокаивающее – парить в неизвестности, зная, что я могу задать лишь один вопрос. — Мое имя. Назовите… пожалуйста. Чернота зашипела. Пузыри магмы и вихри дыма прорвались сквозь темноту. – Как пожелаешь… И в этом горящем одиночестве огонь ослепил меня. Он поглотил меня, сжал, сделал ярче, пока меня не окружило облако огненных пчел. Целый рой. Армия даже. Воронка прозрачных крыльев и ярко-желтых и черных тел. Они покрыли мои плечи и голову. Запутались в волосах и проникли в каждую клеточку моей покрытой пеплом кожи. Их жала больно впились в плоть. Их яд смешался с моею кровью. А затем, в шквале из теней и крыльев, пчелы вдруг полетели и зажужжали громче, громче, еще громче… – Руна… Прорвалось сквозь жужжание насекомых. – Руна. Слово прозвучало громче, чем звон их крыльев. – Руна. Имя – как возвращение домой. Как клятва. Как заклинание. Грудь моя выгнулась вверх – к объятому пламенем небу. Из глаз хлынули благодарные слезы. Сердце готово было разорваться оттого, что узнало правду. Мое имя. Я почувствовала его в своих костях, в дыхании, в крови. Имя это поднялось из глубин моего духа, наконец освобожденное из клетки, в которой сидело. И вместе с ним вернулось ко мне и крошечное ощущение собственной силы. Огня, и мощи, и хаоса. Света яркого, словно солнце. Я содрогнулась и притянула эту золотую силу поближе. Собрала ее в нетерпеливых ладонях. Но мощи моей не хватило. Я оставалась недостойной. И золотая сила вырвалась из моей слабой хватки, пульсируя, волна за волной. Мир треснул и разлетелся огненными и серными осколками. Щиколотки и ноги тронули тени. |