Книга Когда мотылек полюбил пчелу, страница 262 – Пеппер Винтерс

Солин протянул слегка дрожащую руку и убрал прядь моих волос за ухо. Прикосновение его было нежным и добрым, но совсем не таким волшебным, как прикосновения Дарро.

Чтец огня вздохнул.

— Когда мы выйдем из лупика, жизнь пойдет на новый виток, и прошлое больше не будут упоминать. Ты связана пламенем и помолвлена с Актором, ты наследница вождя. В ночь после фестиваля Аиум вы возляжете вместе, и будет свадьба, и вы переедете в лупик, который построят для вас двоих – как для следующих лидеров клана. А завтра пошлют двух бегунов к Карфе и Лаголу – чтобы они донесли новости о вашей с Актором помолвке и наследии. Кланы съедутся на вашу свадьбу со всего Квелиса.

Он опустил руку и тихо добавил:

— Будь настороже, Руна. Теперь внутри тебя живет огонь. Даже я не понимаю до конца, сколько силы ты несешь в себе. Жар и свет, с которым ты пылала…

Солин покачал головой.

— Я никогда такого не видел. Ты стала светом. Белым, горячим светом. И я начинаю бояться, что не только Дарро приблизился к своему пробуждению… – он одарил меня быстрой, натянутой улыбкой. – Я просто прошу тебя: будь осторожнее. Больше тебе не нужны пепельные символы или ритуалы для того, чтобы поговорить с огнем. В отличие от Актора, на котором все еще нужно рисовать пепельные символы огня, чтобы последний его увидел. Но после вчерашней кровавой связи тебе не нужны такие. Огонь почувствовал тебя, коснулся тебя и теперь живет в тебе. Он заговорит с тобой тогда, когда ты будешь меньше всего этого ожидать. И он ответит на те вопросы, на которые ты не ищешь ответов.

Солин сделал вдох и коснулся бизоньих мехов на своих бедрах.

— Будь осторожна и веди себя почтительно с пламенем, Руна. Делай то, что оно попросит, потому что в конечном счете это тебя пытаются защитить. Огонь направлял наш клан и кланы наших предков несколько поколений. Он никогда и ничего не делает без причины. Никогда. Пламя защитит тебя… как защищает меня. Но оно потребует за это послушания и верности, – темные глаза Солина отыскали мои. – Одна из его просьб такова: ты больше не должна говорить на забытом языке.

Я открыла рот, чтобы поспорить, но Солин перебил меня:

— Я слышал, как ты говорила на Зенаше с Дарро. Вы оба хорошо знаете этот язык. Как это случилось и почему вам знаком язык, которым не пользуются с начала времен, это загадка, ответа на которую я не достоин узнать. Но с этих пор вы оба должны говорить на пламенийском, – он улыбнулся и выпрямился. – Дарро говорит на пламенийском – значит, происходит из Квелиса, как и ты. Через несколько лун… если он вернется в клан и захочет остаться с нами. И если у него хватит сил уважать вашу связь с Актором и выбрать себе пару из племени Нил… тогда я попрошу огонь назвать Дарро Квелисом и наделить его дарами пламени. Но…

Он взял меня за руку, сжав свои сухие, сильные пальцы вокруг моих.

— Вы не можете быть вместе, Руна. И ты не можешь уйти, понимаешь? Пусть это покажется тебе проклятьем, но на самом деле это благословение. Ты будешь в безопасности здесь, среди племени Нил. Уйти – значит умереть. Я видел это.

Солин отпустил мою руку, подался вперед и нежно поцеловал меня в щеку.

— Я не могу контролировать тебя, Руна. Я не стану мешать тебе жить так, как ты того захочешь. Я лишь прошу, чтобы ты поверила в то, что я люблю тебя. Я люблю тебя как собственную плоть и кровь, и я сделаю все, что только может сделать любящий отец для того, чтобы защитить свою талантливую дочь…