Онлайн книга «Когда мотылек полюбил пчелу»
|
Сердце вновь забилось сильнее, и я медленно повернулась к воде. Позвоночник будто застыл, пульс ускорился, но я постаралась успокоиться. Ну и что такого, даже если за мной кто-то пошел. Племя поймет, что мне просто нужно время. Они всегда относились ко мне с добротой и пониманием. С чего бы им теперь забрать всю свою доброту, особенно когда Солин решил открыть тайну моего имени и навсегда принять меня в семью? Если я, конечно, в самом деле окажусь пламерожденной. Я зашла в реку, тяжело дыша. Вода пронеслась по пальцам ног – я вздрогнула от ее прохлады. Река оказалась холоднее, чем я ожидала: лед вгрызался в кожу и добирался до самых костей. Свежесть, но через боль. Сжав зубы, я прошла в речные глубины, не останавливаясь – холодная вода обняла колени, бедра, грудь… Водоем не был таким уж глубоким – с головой я в него зайти не смогла бы. Пальцами ног я зарылась в мягкое от водорослей дно, усеянное камешками всех размеров… а потом сделала вдох и окунулась в воду. Звуки вокруг стихли, и это подарило мне покой. Течение приятно путалось в волосах, и я вспомнила те дни, когда проходила огромные расстояния без чьей-либо помощи. Встречавшиеся мне в странствиях реки казались друзьями: их воды обнимали меня, капли их давали мне жизнь. Силы, чтобы продолжать идти. Я вынырнула на поверхность и провела пальцами по мокрым волосам, убирая с них лишнюю воду. От холода соски мои затвердели, дыхание участилось. Мне стало гораздо лучше. Я больше не плакала. Больше не боялась. Только покой. Только одиночество в одном моменте. Я вздохнула, опустила руки в воду и провела пальцами по поверхности, наслаждаясь ощущениями. Легкие всплески и исчезающие узоры поглотили меня с головой. Река становилась громче, шумела в ушах. Серебристая чернота ее глубин вдруг замерцала едва видимой синевой. Рядом с пальцами моих ног, глубоко внизу, засияло так, что я увидела проплывающих мимо рыбок, которые вскоре исчезли в темноте. Река пульсировала синим мерцанием, подталкивала меня вперед, звала меня… Колени подогнулись, и я свалилась прямо в воду. Она накрыла меня с головой, ледяная и удушающая. Тяжесть приглушенных звуков изменилась. В течении реки зазвучала чистейшая мелодия. Она проникла мне в сердце, и ноты изменились, стали тише, почти шепотом. Шепотом, полным желания и… Я запаниковала. Ударилась ногами о дно и всплыла. По лицу катились капли, я никак не могла надышаться. Нет. Не может быть. Я ведь слышала. Я слышала шепот воды – так же, как, должно быть, Солин слышал шепот огня. Нет, нет, нет… Я перешла на бег, насколько это вообще было возможно в воде. Быстрее, быстрее бы добраться до берега! Едва слышная мелодия стала печальной, разрывающей сердце, едва ноги мои ступили обратно на землю. Капли текли по нагому телу и впитывались в землю. Песня прекратилась, застыла на преследующей меня ноте, оборванная скорбью. Я не могла пошевелиться. Слушала, как возвращаются жужжание насекомых, и трепет крыльев птиц, и шелест летучих мышей. Их песни стерли водную, унесли ее из моего разума – в ушах зазвучал хрупкий шелест листвы. Меня затопило сомнениями, как когда-то страхом. Я выбежала из воды, и все для чего? Потому что что-то там услышала? Вода всегда пела. Она всегда танцевала, резвилась и меняла местоположение. |