Книга Новая жизнь Миледи. Приют (злодейки) попаданки, страница 126 – Мари Александер

Граф поставил стул напротив кровати, сел на него и молча наблюдал за мной. Ну а я, расправив подол, предприняла ещё одну попытку покинуть чужую спальню. Но только я встала, как встал и граф, он преградил мне путь. Я попыталась отступить назад, но он не дал мне такой возможности, обхватил одной рукой мою талию и притянул к себе. А затем, нависая надо мной грозовой тучей, процедил.

— Для меня, ты Миледи Винтер, преступница, осужденная и приговорённая к смерти через отсечение головы мечом. Так что скажи спасибо своему ангелу хранителю Анна, что ты из рода Деверё, и твоя младшая сестра предпочла умереть, чтобы спасти твою душу.

Высказав это, он отшвырнул меня от себя, будто ему противно ко мне прикасаться и стоять рядом. За моей спиной была кровать, и я благополучно упала на неё. Но не попыталась встать, а переползла на противоположную сторону. Тем самым ещё больше увеличив расстояние до двери. В комнате горело несколько свечей, и было достаточно светло, чтобы разглядеть всё. Мои глаза машинально искали оружие, я готова была защищаться, в случае необходимости.

— Если ты ищешь свой кинжал, то вот он, ‒ усмехнулся граф и кинул на кровать знакомое оружие, кинжал с рубином на конце рукоятки и целой россыпью красный камушков на ножнах.

Его слова прозвучали как обвинение. Я решила внести ясность. А то вдруг графу отшибло память и он не помнит, что именно случилось и кто пытался его убить. И кто его спас!

— Это не я, ‒ отрицательно закивала я головой. ‒ Да кинжал мой, то есть это принадлежит роду Деверё. Монах украл его из оружейной комнаты.

— Поэтому ты решила спрятать его, да? ‒ переспросил граф, снова занимая стул напротив кровати.

— Конечно, это же явная подстава. Оружие явно женское, рукоятка короткая, как и лезвие. Мужчина выбрал бы что-то более надежное и менее приметное. Поэтому если бы кто-то нашел этот кинжал рядом с трупом, то подозрение упало бы на меня.

— Всё верно, ‒ согласился граф. ‒ Но если бы мы были в суде, то я смог бы убедить судей, что именно ты убийца.

— Но мы не в суде, это раз! А во-вторых, ты жив! Трупа нет! Так что даже того монаха можно обвинить лишь в попытке убийства!

— Вот тут-то мы подходим к самому важному, ‒ почти триумфально заявил граф и встал. ‒ Ранение было очень серьёзным, меня бы даже не спасло то, что монах промахнулся и не задел сердце. Я был почти труп, но случилось чудо, и я был исцелён.

Слова графа даже отдалённо не напоминали благодарность за спасение. Нет, он снова обвинял меня в чём-то. Но я не могла понять, в чём именно.

— Граф, вы паясничаете! К чему это? ‒ спросила я. ‒ Вы же знаете, что случилось в тот день, и что я исцелила вас с помощью магии рода Деверё. Так почему вы обвиняете меня в этом? Вы же знаете, кто я такая!

— Вот именно! Знаю! Анна ты отказалась от своего дара. Анна Шарлота Деверё для всех умерла. Ты отреклась от своего рода, и твой дар перешёл к твоей младшей сестре.

На это мне нечем было ответить, я промолчала, а граф спросил.

— Анна, ты знаешь, как в вашем роду передаётся магия?

На этот вопрос я так же не ответила. Граф прошёлся по комнате, взял с комода рамку и кинул её мне. Это была небольшая картинка, с красиво вышитой надписью.

— Палуде Холл, ‒ произнёс вслух граф то, что было вышито на картинке. ‒ Общий дом на болотах. Или как его первоначально называли местные жители, Ведьмовской дом на болотах. Но со времен род Деверё облагородился и вы стали дворянами и все забыли, о том с чего всё началось.