Книга Пышное спасение для генерала, страница 6 – Надежда Олешкевич

Скорая приезжает быстро. Медики забирают Славу - у него рассечение брови и, кажется, легкое сотрясение. Костров подходит ко мне.

— Спасибо, - произносит он глухо.

— За что? - я пораженно моргаю, обнимая себя за плечи. Меня еще немного трясет. - Я вообще никого не трогала. Это не я в него въехала.

— Не вы, - кивает генерал. - Но если бы вы не остановились на светофоре… Я сидел там, - указывает на то место, где бок машины был помят больше всего.

Я медленно перевариваю эту информацию.

— Павел Витальевич, - начинаю осторожно. - Это что… покушение? Второе за день?

Он молчит. Смотрит куда-то вдаль.

— Я отвезу вас, - вдруг говорю. - Вы сейчас в шоке, наверное. И вообще… садитесь в машину, пока я добрая.

— Как посмотрю, вы только в экстренных ситуациях добрая? - в его голосе проскальзывает насмешка.

Ответить не успеваю, потому что подъезжает еще одна машина. Из нее чуть ли не выпрыгивают люди в штатском, но все какие-то слишком серьезные. Костров перекидывается с ними парой фраз, потом приближается ко мне.

— А давайте-ка ваши ключи, мой человек поведет вашу машину. А вы поедете со мной, - берет меня под локоть.

— В каком это смысле?

— Нужно немного с вами пообщаться в рабочей обстановке, - сжимает руку так, будто собрался тащить за собой, если начну упираться.

— Вот еще! - вырываю я руку, точно понимая, что поддаваться ему нельзя. Еще не забылось, что он сделал с Никитой. - Решили меня соучастницей или, того гляди, виновницей сделать? Говорю же, вы инвалид без совести. Недавно сказали, что я спасла вам жизнь, а теперь обвинить собрались. Да удавитесь, не поеду с вами! - толкаю его в грудь и бегу в свою машину, очень надеясь, что меня не догонят и не заберут.

Хотя что-то подсказывает, что мне не скрыться.

Я попала. Я влипла!

Глава 3

— Екатерина Георгиевна, почему вы ко мне вчера так и не пришли на собеседование?

Голос в трубке спокойный, даже слишком. Я чувствую подвох за три километра, но внутри уже зреет мрачное удовлетворение, ведь начальник сам позвонил. Значит, заметил. Значит, не все равно.

Я поправляю воротник темно-синего пиджака, который надела с утра, чувствуя себя если не адвокатом дьявола, то как минимум его не самым покладистым свидетелем. Широкие брюки, поясок на талии - образ вышел что надо. Жаль, что генерал Костров этого не видит. Или к счастью. И вообще, почему я о нем думаю?!

— Ваша сотрудница из отдела кадров грубым образом сообщила, что я не подхожу вам, - отвечаю предельно честно, даже с некоторым вызовом. - Я грешным делом подумала, что она говорила это от лица всей компании. От вашего лица.

На том конце повисает пауза. Я слышу, как мужчина медленно выдыхает - не то усмехается, не то просто переваривает мою наглость.

— Понял, - наконец произносит он. - Я разберусь. Приезжайте ко мне часам к четырем. Желательно сразу в мой кабинет, не отвлекаясь на общение с другими сотрудниками, которые решат перехватить вас.

— Хорошо. Буду вовремя и приду в указанное вами место.

Я кладу трубку и несколько секунд просто смотрю в потолок, позволяя себе маленькую, почти запретную улыбку.

Хочется петь. Хочется танцевать. Еще сильнее хочется надеть что-то более элегантное, такое...

Хотя и этот наряд волне ничего, а ведь я примеряла его ко дню рождения мамы, который состоится на следующих выходных. Темно-синий пиджак сидит идеально. Брюки струятся. В зеркале отражается женщина, которая знает себе цену. И которая, черт возьми, не продаст себя за красивые глаза и погоны.