Книга Позывной "Аббадон", страница 70 – Екатерина Воробьева

— Но почему их не готовят к этому? Я не понимаю. Почему суть отбора держат в секрете?

Когда Джин нервно заерзала на своем месте, он понял, что она наверняка знает причину.

— Это из-за меня. – потупила она взгляд – Запрет на разглашение объявили после того как я в первый раз пошла на инъекцию. Я так не хотела… - покачала она головой и болезненно поморщилась от воспоминаний - Кричала, вырывалась, брыкалась. Тогда я покалечила трех санитаров, что пытались меня угомонить. Одному прокусила руку, другому откусила пол-уха, а третьему воткнула в глаз скальпель, который успела стащить со столика с инструментами.

Когда она закончила свое признание, вздохнула с глубоким свистом и посмотрела на Тедди.

Тот с выпученными глазами пару секунд пялился на нее, а потом разразился громким раскатистым хохотом на всю казарму.

— Ты с рождения была такой безбашенной? – захлебываясь смехом, простонал он – Бедные люди, они по-любому потом долго ставили прививки от бешенства.

— Я рада, что моя боль вызывает у тебя неконтролируемый приступ веселья. – с обманчивой обидой проговорила она.

— Прости. – прочистив горло, он пытался успокоиться – Прости. Правда, извини меня. Это не уместно, просто…

И тут он замер, словно в его мозгу щелкнуло какое-то озарение.

— Погоди, ты сказала: в первый раз.

Джин невозмутимо кивнула.

— Так сколько раз ты туда ходила? Сколько у тебя способностей?

— Семь. – пожала она плечами.

Тедди замер.

— Если один при рождении… Ты делала инъекцию шесть раз? – ужаснулся он.

— Не. Четыре. Две я получила… Естественным путем.

— Это как? – его брови сошлись на переносице.

— Ну как… - развела она руками – Поймала пулю и прямиком туда… в ад. Спасибо Заку. Не знаю, что он там каждый раз колдует, но два раза точно возвращал меня к жизни.

Продолжая держать одной рукой медведя, вторую он запустил в свои густые каштановые волосы, взъерошив их, и тихо застонал.

— Ушам своим не верю. Ты больная на всю голову! И как меня угораздило…

Он вовремя осекся. Джин застыла с бешено бьющимся сердцем в ожидании заключения фразы, но оно не последовало.

Наступила неловкая пауза. Тишина, сопровождавшая их молчание, нагнетающе действовала на обоих.

Тедди нервно сглотнул и, прочистив горло, сказал:

— Помоги им.

— Я?! – ужаснулась она от его просьбы.

— Джин, ты единственная, кого я знаю кто проходил через это шесть раз и остался жив. Ты можешь им помочь. Можешь подготовить их.

— Чандлер, ты рехнулся?! – она торопливо подскочила со своего места в желании сбежать от этого разговора как можно подальше.

Тедди подскочил за ней и преградил дорогу.

— Джин прошу. Ты их единственный шанс.

— Я и дети – вещи не совместимые. Я не умею общаться со спиногрызами.

— Это ложь! – возразил Тедди – Я видел, как ты общалась с Реджиной.

— Это было исключением! – упиралась она.

Ее явно накрывала паника. И дело было не в детях, а в тех воспоминаниях, которыми он просил поделиться. Воспоминания, которые придется возродить в своей памяти. Возродить все те ужасы, которые она пережила на той стороне и которые по сей день преследуют ее в темноте.

— Джин, прошу!

Он сказал это таким умоляющим голосом, что все сопротивление Джин начало отступать. А когда он взял ее руки в свои, то и вовсе разомлела.

Он видел, что она уступает, и решил давить дальше, даже если придется играть не честно.