Книга Позывной "Аббадон", страница 72 – Екатерина Воробьева

— М-да. – задумчиво протянул Алан – Ну и встрял же наш шеф. Она из него все соки выпьет.

— Чей-то?!

— Вы все женщины такие. – со страдальческим выражением лица заключил Эванз.

Сирена резко остановилась и с обидой посмотрела на мужа.

— Соки значит из тебя все выпили. Ну ладно. – пожала она плечами – Сиди, пополняйся, а я пойду схожу к «Синим». Там соков хоть отбавляй. Думаю, вряд ли кто жаловаться будет.

И уверенной походкой она зашагала в сторону корпуса Городской гвардии.

— Э! Э! Эй! – торопливо засеменил за ней Алан – Я же пошутил! Любовь моя, это была шутка! Шутка!

Глава 15

Мрачные, серые, холодные каменные стены замка не вызывали у Джин, ничего кроме крайней степени уныния и отторжения. До восьми лет она считала это убогое место своим домом, а затем ее выволокли отсюда, как ненужный, мусор отправив в еще более отвратительное место.

В принципе, она и сейчас могла жить здесь, все еще являясь принцессой Зартана, имела полное право проживать во дворце. К тому же, ее старая комната по-прежнему числилась за ней. Но Джин предпочитала переступать порог дворца исключительно по рабочим моментам.

Она знала каждую трещинку, щербинку, выбившийся неровный камень в стенах коридора. Знала расположение комнат, коридоров, входов и выходов, но мрачная обстановка была ей столь же ненавистна, как тишина и темнота.

Никаких сентиментальных чувств, трепета, нежности, приятных и добрых воспоминаний здесь не скрывалось. Здесь скрывалась только опасность. Каждый раз, заходя за угол, входя в какую-либо комнату или просто идя по коридору, она чувствовала, как ей в спину дышит смерть. Она чувствовала это мрачное, ледяное, зловонное дыхание затылком.

Для Джин все здесь было пропитано скорбью, печалью и грустью. Словно сами стены впитали в себя многовековые страдания всех людей, которые когда-либо преступали порог старинного замка. Впитали их боль, одиночество, несчастье и неминуемую гибель.

Если дворец был сердцем Зартана, то он как нельзя лучше отражал суть этого мира – холод, мрачность, жестокость и безразличие. Таким Джин видела его в детстве, таким видит и сейчас, уверенно вышагивая по пустынным коридорам дворца.

Вся обстановка и внутри, и снаружи разительно отличалась от общей массы города – разноцветного, современного, живого мегаполиса.

Каменные холодные стены украшали пестрые гобелены, фрески и кованые подсвечники. На окнах висели тяжелые парчовые шторы с ламбрекенами. А вдоль коридоров стояли древние и ржавые рыцарские доспехи.

Говорят, этот замок был возведен тысячу лет назад тремя основателями их мира и с тех пор в нем не менялось ни единой детали, за исключением завезенной техники.

Не смотря, на то, что пустынные каменные коридоры очень хорошо отражали любое эхо, Джин двигалась максимально бесшумно, словно ночная кошка, выбравшаяся на охоту, и успех этой охоты зависел от умения быть тихой, скрытной и не заметной.

Бесшумность – первое, чему учат рекрутов, и это умение надежно вшилось ей под кожу и стало неотъемлемой частью, многократно спасая жизнь.

Беззаботно жуя жвачку и дуя большие пузыри, Джин остановилась у огромной, дубовой, резной двери. На секунду задумалась, а затем расплылась в дьявольской улыбке замыслив, нечто вопиющее.

Прислонившись ухом к двери, она убедилась, что хозяин кабинета на месте. Затем метнулась в сторону ближних теней, открыла разлом и шагнула в него.