Книга Воин и Цветок, страница 57 – Яна Епринцева

В первый раз, когда это случилось, я едва не закричала от ужаса. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Я ведь сразу узнала эти знаки, хотя видела до этого лишь однажды — на теле Ратибора, когда он призывал духов у большого дуба.

Я в панике обернулась к Добраве, закрывая сына собой, но ключница лишь удивлённо захлопала глазами, не понимая, что случилось.

Чуть позже, дрожа от страха, я наблюдала, как мимо Радомира проходит Яробор. Муж посмотрел на мальчика без тени удивления, он тоже ничего не заметил. Тогда мне стало ясно: эти знаки… кроме меня их никто не видит.

Позже я узнала, что дети жрецов получают их силу. Способности говорить с духами и видеть то, что скрыто от других, передаются по наследству. Именно поэтому жрецы не приносят обет безбрачия, в отличие от стражей, живущих в лесу и охраняющих порталы в другие миры.

Я пока не знаю, как это отразится на будущем моего мальчика, но уже сейчас переживаю, зная, какая опасная сила дремлет в старшем сыне.

Младший же, Ярополк… Это настоящий бесёнок и полная противоположность брату. Своенравный, взбалмошный, он не слушает никого и не боится ничего на свете.

Стоит Добраве или нянькам пригрозить ему отцовским гневом, как он лишь упрямо выпячивает нижнюю губу и делает всё наперекор. Отцовская непокорная кровь бурлит в нём, горит непрекращающимся пожаром.

Ярополк вечно в движении, вечно в синяках и ссадинах, постоянно совершает безрассудные, глупые поступки: то заберётся на самый высокий столб частокола, то попытается оседлать огромного сторожевого пса.

Но за безрассудной удалью и несносной дерзостью есть нечто большее. В груди Ярополка бьётся удивительно доброе и отзывчивое сердце. Он не умеет таить злобу. Без раздумий отдаст последнюю игрушку ребёнку из дворни, заступится, полезет в драку, защищая слабого. В его маленькой душе уживаются отцовская неистовая сила и какая-то чистая, искренняя щедрость.

Мальчики ещё совсем малы, но я уже с замиранием сердца вижу, как между ними завязываются узы крепкой дружбы. Они тянутся друг к другу. Когда играют на широком дворе, Радомир всегда тихо, по-взрослому бережно опекает своего сумасбродного младшего брата.

Что будет с ними дальше, пока боюсь думать. Этот мир жесток и беспощаден. Быть воином, ходить в завоевательные походы под предводительством князя — здесь великая честь. Смерть в бою считается почётной. Но представить, что кто-то из моих мальчиков идёт в бой, мне слишком страшно. И хотя их чуть ли не с пелёнок приучают держать в руках меч, я всё равно не могу до конца принять ожидающую их участь.

Как ни оттягивай неизбежное, сбежать от него всё равно не получится. Время течёт неумолимо, и мой старший сын достигает возраста, когда юные соколы готовятся впервые превратиться. А это означает только одно: нам придётся расстаться.

Каждый день жду, пока муж объявит об отъезде сына и сердце сжимается.

Добрава подливает масла в огонь, постоянно напоминая мне об этом. Ключница не видит ничего страшного в том, что моего сына выдернут из родного дома и заставят выживать в ужасных условиях. Для всех это лишь путь взросления, в котором нет ничего особенного. Вот только не для меня.

Всё своё время я провожу с детьми. Наблюдаю за ними, разговариваю, стараюсь обнять или хотя бы коснуться, ведь излишние нежности в этом мире не приветствуются, особенно с мальчиками.