Книга Бей первая, страница 72 – Юля Артеева

Самым большим испытанием для меня становится первое появление в новом статусе в школе. В понедельник перед уроком химии я шучу:

— Идем свиньей?

А сама нервно оттягиваю ворот свитшота. Цепочки на моей юбке тихо позвякивают, и я стараюсь сосредоточиться на этом. Сегодня все узнают, что мы с Киром встречаемся. Конечно, я этим горжусь. Но в то же время мне очень страшно. Это то же самое, что добровольно стать мишенью в тире.

— Идем красиво, – подмигивает Белый.

Он заходит в класс первым. Следом мы с Кириллом, взявшись за руки. За нами – Бус и Малой. Наши лица невозмутимы. Мои губы подергивает самоуверенная усмешка. Я сжимаю руку парня сильнее. Он мне отвечает. Порядок. Ничего не страшно. Повторяю про себя, как мантру.

Неосознанно я копирую походку своих мушкетеров. Уверенную, наглую, неспешную.

Все смотрят. Ну и пусть.

Ловлю себя на дурацкой девчачьей мысли, что, если подложить крутую музыку, мы выглядели бы, как персонажи фильма.

— Дуняева, что с лицом? – спрашивает Бус, вздергивая подбородок насмешливо.

А я против воли фыркаю. Я не хотела над ней смеяться, честное слово. Но Тим использует мое прозвище для Кристины, и я не могу сдержаться. Из его уст это звучит слишком комично.

Та же смотрит на нас волком. В доли секунды оценивает наши сцепленные руки и зло прищуривается. Что-то шепчет подружке Жене. Интересно, но та реагирует совсем не как раньше. Тоже устала от королевы? Никакого былого запала, никакого восторга, никакого подобострастия. Она бросает в нашу сторону какой-то болезненный взгляд. Кажется, что даже не на всех нас. На Буса. Обещаю себе подумать об этом позже.

Мы доходим до последних парт, и вдруг Разгильдеев крепко хватает меня за талию, усаживает на парту. Быстро и крепко целует в губы. Все тело обдает огненными мурашками. Следом катится смущение, посыпая солью все мои открытые раны. Я заливаюсь краской. Шепчу ему:

— Что ты делаешь?

— Сама знаешь.

И я знаю. Он заявляет свои права. Показывает свой авторитет и обозначает собственность. Мне неловко. Но понимаю, что иначе тут нельзя.

— Вы мутите? – шепчет мне Ваняев уже когда урок начинается.

— Формулировка дурацкая, но смысл верный, – так же шепотом отвечаю я.

— Ясно.

— Что тебе ясно?

— Ничего, – шикает он и листает учебник.

— Вань, нужная же страница была.

— Ты Кириллом своим занята, ты за учебником не следишь, – он выглядит рассерженным.

Я теряюсь. Отбираю учебник, возвращаю на нужный параграф, кладу на середину парты.

Ваняев поджимает губы. Не понимаю, что с ним, все же нормально у нас было.

Я даже недоуменно оборачиваюсь на Тоху, а он самодовольно улыбается:

— Я же говорил.

Отмахиваюсь и поворачиваюсь обратно. Тем более что химичка уже теряет терпение. Бьет учебником по доске и раздраженно выдает:

— Я тоже рада, что Разгильдеев и Кицаева встречаются, но рекомендую всем обсудить это после моего урока! Скоро контрольная, а еще родительское собрание. Советую задуматься.

И я так задумываюсь, что кровь стынет в жилах. Родительское собрание. Отец обычно на них не ходит, но мне все равно каждый раз страшно. Начало года, надеюсь, оба моих родителя забьют на это прекрасное мероприятие. Им тоже лишние телодвижения – трезветь, изображать нормальных. Я приглушенно фыркаю, занятая своими мыслями. Сосед по парте косится на меня, поправляет очки.