Книга Побочный эффект мести, страница 24 – Елена Валерьева

Ты видишь их по нормальному, человеческому графику, согласованному без унижений. Ты оставляешь ей квартиру и платишь адекватные алименты. Не копейки. Сумму, о которой мы договоримся. Я сделал паузу. — Взамен я… — кивнул на конверты, — не запускаю это в работу. Я не подаю заявления. Я откладываю эту папку в самый дальний ящик. У тебя остается шанс уехать, пересобраться, начать с нуля. Без семьи, но на свободе. Он смотрел на меня с ненавистью. — Ты хочешь, чтобы я всё бросил и уехал? — спросил он. — Чтобы Марина жила здесь счастливо с тобой, а мои девочки называли тебя «папой»?Я выдержал его взгляд. — Я хочу, чтобы твои девочки росли без страха, — сказал. — И чтобы их мать не тряслась каждый день от мысли, что ты завтра опять вывалишь на неё её прошлые грехи. Я не прошу тебя исчезнуть. Я прошу — перестать разрушать всё вокруг. Уехать — это твой выбор. Но если ты останешься, не меняясь, — рано или поздно эти конверты всё равно раскроются. Судьба такая. Он сжал кулаки. — А если я откажусь? — голос стал хриплым. — Если скажу: «Пошёл ты к чёрту, Димка»? Пойдешь в свои прокуратуры? В суды? Думаешь, я не смогу отбиться? — Можешь попробовать, — пожал плечами. — Только в этот раз ты будешь воевать не с женщиной с двумя детьми. А с системой, которую ты годами обманывал. А я буду на стороне системы. И буду методично бить по тебе, пока у тебя не останется ни ресторанов, ни связей, ни репутации. И в конце, возможно, у тебя действительно останется только право на телефонный звонок из СИЗО.Повисла тишина. Он дышал тяжело, будто только что пробежал марафон. — Ты… — прошептал он. — Ты ради неё готов на всё? Я не отвёл глаз. — Да, — сказал. — На всё. Включая то, чтобы потом… — усмехнулся безрадостно, — жить с тем, что я уничтожил человека. Но знаешь, в чём разница между мной и тобой, Руслан? Я не получу от этого удовольствия. Мне не нужно твоё страдание. Мне нужна её безопасность. Он откинулся на спинку стула. Закрыл глаза на пару секунд. Потом резко встал и прошёлся по комнате. — Марина знает про всё это? — бросил через плечо. — Знает, что у меня есть материал, — ответил я. — И знает, что решаю не я один. Она дала согласие. Если это тебя вдруг волнует. Он усмехнулся. — Её руки тоже будут в крови, — сказал. — Будет жить с мыслью, что отправила своего бывшего мужа под суд. Не уверена, что её нежная мораль это выдержит. — Она не отправляет тебя под суд, — тихо сказал я. — Она просто перестаёт закрывать глаза на то, что ты делаешь. Разницу чувствуешь? Он остановился у окна, уставился куда-то вдаль. Город под ним жил своей жизнью: машины, люди, реклама. Здесь, в этом маленьком аквариуме, решался его личный конец света. Наконец он повернулся. — Мне нужно время, — сквозь зубы сказал он. — На всё это. — Времени нет, — ответил я. — Максимум — сутки. Завтра в это же время я хочу видеть тебя с готовым решением. Или… — кивнул на конверты. — Или я начинаю действовать. Он подошёл к столу, уставился на папку. Потом — на меня. — Знаешь, что самое смешное, Димка? — усмехнулся вдруг. — В универе я думал, что ты — серая мышь. А оказался… — кивнул на документы, — акула похлеще меня. Я не ответил. Он резко развернулся и ушёл, громко хлопнув дверью.

Когда за ним закрылась дверь, я позволил себе выдохнуть. Внутри всё дрожало, хотя снаружи я был абсолютно спокоен. Сделка с дьяволом — всегда мерзкая вещь. Даже когда дьявол уже давно перешёл все границы.