Книга Как профукать праздник. Влюбиться в виновника, страница 58 – Екатерина Мордвинцева

Он ушёл, а я осталась на кухне, глядя на пустую кружку. Я думала о его словах. О том, что он сказал: «Я люблю вас». О том, что я чувствовала, когда слышала это. О том, что я боялась признаться даже себе.

Я люблю его?

Я не знала. Я знала только, что скучала. Что ждала. Что боялась потерять.

После того утра, когда Андрей сказал, что любит меня, прошло три дня.

Три дня, в которые он продолжал приходить. Каждое утро — ровно в девять. Мы пили кофе, говорили о новостях, о поисках, о родителях. Он не повторял своих слов, не давил, не ждал ответа. Он просто был рядом. И это было одновременно и утешением, и пыткой.

Потому что я не могла перестать думать о том, что он сказал.

«Я люблю вас».

Эти слова звучали в моей голове постоянно. Когда я просыпалась утром. Когда засыпала ночью. Когда смотрела на него через кухонный стол. Когда он уходил, и дверь за ним закрывалась.

Я не знала, что чувствую. Не знала, могу ли ответить. Не знала, имею ли право.

Но я знала одно: я хочу его понять. Хочу узнать, кто он на самом деле. Не «виновник аварии», не «помощник», не «человек, который говорит, что любит». А просто — человек.

В четверг вечером, когда Кристина ушла к себе, а Инга задержалась у адвоката, я осталась одна. Сидела на кухне, смотрела в окно на заснеженный двор и думала. О них. О нём. О том, как много изменилось за эти две недели.

Телефон лежал на столе. Я смотрела на него, и в голове крутилась одна мысль: позвони. Позвони ему. Не жди, пока он придёт утром. Не прячься за кофе и разговорами о поисках. Просто позвони и скажи...

Что сказать?

Я не знала. Но я знала, что должна.

Я взяла телефон, нашла его номер. Палец завис над кнопкой вызова.

Сердце колотилось где-то в горле. Я не волновалась так даже перед самыми важными экзаменами. Это было глупо — я звонила человеку, который приходил ко мне каждое утро, который оставлял продукты у двери, когда я просила его не общаться, который сказал, что любит меня. Но почему-то именно сейчас, когда я делала шаг сама, было страшнее всего.

Я нажала вызов.

Гудок. Второй. Третий.

— Ольга? — его голос звучал удивлённо и встревоженно. — Что-то случилось?

— Нет, — я поспешила его успокоить. — Нет, всё в порядке. Я просто... я хотела поблагодарить вас.

— За что?

— За информацию. Про поиски. Ковальчук звонил сегодня, сказал, что вы договорились с местными властями, и они предоставили дополнительные данные. Это... это важно.

— Не за что, — он говорил спокойно, но я слышала в его голосе облегчение. — Я рад, что смог помочь.

— Вы всегда помогаете, — сказала я. — Слишком много.

— Невозможно помогать слишком много, — он усмехнулся. — Особенно когда...

— Когда что?

— Когда хочется быть полезным, — он помолчал. — Когда не знаешь, как ещё быть рядом.

Я молчала. Сердце билось так сильно, что казалось, он слышит его через телефон.

— Андрей, — сказала я. — Вы заняты?

— Нет, — ответил он. — А что?

— Может быть... может быть, поговорим? Не о поисках. Не о... не о том, что случилось. Просто... поговорим.

На том конце повисла тишина. Я испугалась, что сказала что-то не то, что он не понял, что...

— Я бы очень хотел, — сказал он, и в его голосе я услышала то, что заставило моё сердце биться ещё быстрее. — Очень.

— Тогда... — я не знала, что сказать дальше. — Тогда говорите.