Книга Неподходящая, страница 28 – Юлия Резник

— Не знаю.

Мне не нравится, куда зашел наш разговор. Но я не хочу потерять расположение Васьки, сказав об этом. Она – единственный человек, кому я могу рассказать о своих проблемах. Не в подробностях, но хотя бы вскользь. Она – моя единственная приятельница.

— Что тут знать? На него вся контора облизывается.

— И ты? – напрягаюсь я.

— Я что, похожа на дуру? – возмущается Василиса. – Ясное дело, что там без вариантов.

— Почему? – смягчаюсь я. – Ты симпатичная.

— Да разве в этом дело?!

— А в чем?

— В том, что он женится на своей – тут к бабке ходить не надо. А тратить время на отношения, которые заранее обречены, будет только дура вроде Анжелики из отдела логистики.

— А что она? – наклоняюсь ближе, не сумев скрыть интереса.

— Она… О, Адам Вахидыч, все же зашли на пирог? – завидев Байсарова, Васька резко переключается на диалог с ним, а я даже повернуться к нему не могу, опасаясь, что он мог стать невольным свидетелем того, как мы ему перемывали кости. Кошмар!

— Ох, пироги. Как я забыл?

Я все-таки оборачиваюсь. Адам приглаживает ладонью заросшую щеку, по-прежнему собранный, строгий, в идеально сидящей рубашке, только на этот раз… чуть растерянный. Как забыл? Элементарно. Это мы о нем вспоминаем нон-стопом. Его же наши дела занимают мало. И это, безусловно, нормально. Хоть и… чуть-чуть обидно. Я все-таки я неисправимая дура, да.

Пока притихнувший народ ковыряется в своих тарелках, Адам оглядывает стол: шампанское, нарезанные пироги, одноразовые тарелки, смех, расслабленные лица.

— Садитесь, Адам Вахидыч! – неожиданно бодро перебивает его Новиков. – Всё равно конец дня. А тут приличные пироги, между прочим.

— Шампанское не предлагаем – вы за рулем, – добавляет Вадик, хитро щурясь.

Адам скользит взглядом по комнате, будто на ходу выдумывая предлог, чтобы слинять, но поколебавшись пару секунд, все же медленно кивает:

— Ну… пирог – это аргумент, – признаёт он и усаживается на стул рядом с Васей.

Мне хочется исчезнуть. Но почему-то, имея возможность спрятаться в туалете, я сижу. Допиваю микроглотками остатки шампанского и чувствую, как с каждой секундой краснею всё сильнее под его взглядом. Что? Он из тех, кто считает, что женщине надо держаться от спиртного подальше? Боже, это просто шампанское! Я не упилась в сопли.

Вкусная еда становится поперек горла. А коллегам моим – хоть бы хны. После короткой заминки разговоры возобновляются. Правда, теперь все они так или иначе касаются рабочих моментов.

— Я уже пойду. Мне нужно за дочкой, – шепчу Ваське, когда время рабочего дня подходит к концу.

— Задержись хоть на полчасика!

— Не могу.

— Блин. И в кафе тебя позвать не вариант?

— Ага.

— Фиговая из тебя подруга, – вздыхает Вася. И тут можно было бы, наверное, обидеться, но я не из обидчивых.

— Ну, уж какая есть. Пока. Всем до свидания.

Из-за того случая с Ками я больше не вожу ее в детский сад. За ней приглядывает моя мать, но она уже намекнула, что так не может продолжаться и дальше. Отец не придет в восторг, если узнает, что она скрыла от него мою просьбу. А поговорить с ним в открытую – значит рисковать. Ведь он вполне может запретить матери с нами видеться.

Торопливо шагаю к остановке. Тут привычно никого. Сотрудники конторы в основном приезжает в порт на собственном транспорте. А для работяг ходит автобус, расписание которого совершенно мне не подходит.