Книга Война среди осени. Расплата за весну, страница 210 – Дэниел Абрахам

— Почему не спишь? – Он погладил Даната по голове.

— Ты же обещал мне почитать.

Голосок звучал хрипло и низко, но лучше, чем вчера. Ота почувствовал, что на глаза снова просятся слезы. Сколько ни заставлял себя, не мог признаться, что книги пожрал огонь и сказки превратились в пепел.

— Ложись-ка, а я что-нибудь придумаю.

Данат упал на подушки. Ота тяжело вздохнул и прикрыл глаза.

— В шестнадцатый год правления императора Адани Беха, – тихо заговорил он, – пришел ко двору мальчик, полукровка с Бакты. Кожа у него была чернее сажи, а ум такой изворотливый, что мог перехитрить кого угодно…

Сын довольно мурлыкнул, закрыл глаза и взял отца за руку.

Ота все рассказывал и рассказывал, пока его не подвела память, а затем начал придумывать сам.

Завершая работу над тетралогией, я еще раз хочу вспомнить тех, кто помог мне пройти этот путь до конца, – Уолтера Йона Уильямса, Мелинду Снодграсс, Эмили Ма, С. М. Стерлинга, Иэна Трегеллиса, Ти Франка, Джорджа Р. Р. Мартина, Терри Ингленда и всех участников писательского семинара «Критическая масса» в Нью-Мексико. Также я благодарен Конни Уиллис и участникам семинара Clarion West 1998 года, благодаря которым я и начал эту историю больше десяти лет назад. Кроме того, спасибо моим агентам: Шоне Маккарти – за ее поддержку – и Дэнни Бейрору – за то, что познакомил с моими книгами жителей других стран; об этом я не смел и мечтать. Я благодарю Джеймса Френкеля за терпение, веру и невероятный редакторский профессионализм, а также Тома Догерти и других сотрудников издательства «Tor», которые превратили мои рукописи в книги, чему я несказанно рад.

Спасибо вам всем.

Эя Мати, целительница и дочь императора, слегка надавила на живот больной. Он округлый, упругий. Под смуглой кожей, точно прожилки в мраморе, голубеют вены. Все указывает на то, что женщина седьмой месяц носит ребенка. А ведь это неправда.

— Мой дед был западником, – говорила та, лежа на столе. – Во мне четверть его крови, вот проклятие и не тронуло меня, я даже не мучилась так сильно, как остальные. По мне не видно – глаза-то отцовские, а вот у матери они были светлые, почти круглые.

Эя кивнула, ощупывая живот. Опытные пальцы чувствовали, где плоть горячее, а где прохладней. Она согнула запястье женщины, проверяя, как тянутся сухожилия. Вложила руку туда, куда раньше проникали только любовники. Мужчина, стоявший рядом с женой, смутился, но Эя не обратила внимания. Тут были заботы и поважнее.

— Эя-тя, – сказал целитель по имени Парит, – если я чем-то могу помочь…

Она ответила позой благодарности и отказа. Он поклонился.

— К тому же я совсем девочкой была, – продолжала больная, – когда это произошло. Мне всего шесть зим исполнилось.

— А мне четырнадцать, – ответила Эя. – Когда у тебя последний раз шла кровь?

— Шесть месяцев назад, – гордо сказала женщина.

Эя заставила себя улыбнуться.

— С ребенком никакой беды? – Мужчина заглянул ей в глаза.

Он крепко сжимал руку жены. Тревога чувствовалась в воздухе так же явно, как запах уксуса и благовонных курений.

— Трудно сказать, – ответила Эя. – Видеть беременных мне почти не доводилось. В наши дни это редкость. Но даже если сейчас нет повода волноваться, роды – непростое дело. Многое может пойти не так.