Книга Злая. Сказка о ведьме Запада, страница 2 – Грегори Магуайр

— Если так послушать, выходит, что из двух сестёр безумна та, которая выжила, – сказал Лев. – Сущая ведьма. Душевно искалеченная, одержимая демонами. Невменяемая. То ещё зрелище.

— Её кастрировали при рождении, – добавил Железный Дровосек. – Она родилась двуполой, или, может, вовсе мужчиной.

— Да ты повсюду видишь кастрацию, – фыркнул Лев.

— Я только повторяю то, что говорят в народе, – возразил Железный Дровосек.

— Ну, у всех есть право на мнение, – легко отступился Лев. – Я вот слышал, что в детстве ей не хватало материнской любви. С ней жестоко обращались. Она впала в зависимость от лекарств – из-за цвета кожи.

— Ей не повезло в любви, – сказал Железный Дровосек, – как и всем нам.

После этих слов он умолк и скорбным жестом положил руку на грудь.

— Она женщина и предпочитает компанию других женщин, – подал голос Страшила, приподнявшись.

— Она отвергнутая любовница женатого мужчины.

— Она и есть женатый мужчина.

В ошеломлении Ведьма чуть не выпустила из рук ветку. Последнее, что её волновало, – это сплетни. Однако она долгое время прожила вне мира, и теперь её привело в изумление, сколько разнообразных слухов о ней так запросто пересказывают эти случайные ничтожества.

— Она деспот. Опасный тиран, – убеждённо заявил Лев.

Железный Дровосек чересчур сильно дёрнул прядь его гривы.

— Тебе везде мерещится опасность, трусишка. А я слышал, она выступает за независимость горцев из этого, Диккуса.

— Кем бы она ни была, она наверняка скорбит о смерти сестры, – грустно заметила девочка, чересчур вдумчиво и горько для её юных лет. У Ведьмы мурашки побежали по коже.

— О, ну всё, начались разговоры о сочувствии. Я, как вы знаете, на такое не способен, – с лёгким цинизмом хмыкнул Железный Дровосек.

— Но Дороти права, – возразил Страшила. – Горе может постигнуть каждого.

Поток их домыслов и снисходительный тон невыносимо раздражали Ведьму. Сместившись в сторону вокруг ствола, она вытянула шею, чтобы разглядеть девочку. От нового порыва ветра Страшила поёжился и оперся на Льва, с гривой которого Дровосек продолжал возиться. Зверь аккуратно поддержал пугало.

— На горизонте буря, – сообщил Страшила.

Вдалеке прогремел гром.

— На… горизонте… Ведьма! – страшным голосом провозгласил Железный Дровосек и пощекотал Льва. Тот перепугался и, жалобно заскулив, завалился на Страшилу, а Дровосек рухнул сверху.

— Друзья мои, эта буря опасна? – спросила девочка.

Поднявшийся ветер наконец сместил зелёную завесу листвы, и Ведьма увидела девчонку. Та сидела, поджав под себя ноги и обхватив колени руками. Она не отличалась изяществом – крупная деревенская девочка в платье в сине-белую клетку с передником поверх. На коленях у неё возилась, потявкивая, мерзкая собачонка.

— После того, что ты пережила, естественно бояться бурь, – сказал Железный Дровосек. – Не беспокойся.

Пальцы Ведьмы впились в древесную кору. Лица девочки она пока не видела – только крепкие предплечья и макушку, где распадались на пробор тёмные волосы, заплетённые в косички. Стоит ли воспринимать её всерьёз – или она всего лишь семечко одуванчика, занесённое сюда случайным порывом ветра? Ведьма чувствовала: если она хоть на миг взглянет на лицо девчонки, то поймёт.

Но едва Ведьма высунулась из-за ствола, как девочка отвернула голову.