Книга Лейтенант спасательной службы. Игры профессионалов, страница 60 – Михаил Михеев

Империя, у которой на приколе стояли около трех десятков таких звездолетов, решила застолбить за собой несколько богатых ресурсами систем. Но одно дело открыть перспективные места и объявить эти системы своими, и совсем другое удержать их. Потому что любой, у кого хватит наглости, может влететь туда, основать колонию, а потом возникнет столько юридических коллизий, что проще застрелиться, чем доказывать свои права. И это притом, что сам факт претензий на систему говорит о ее перспективности, и халявщики начинают туда лезть, как мухи на мед. Конечно, можно перегнать туда флот и отстреливать нарушителей, благо это вполне законно, вот только дорого! А в Империи деньги считать умели.

Однако, когда есть задача, все упирается не в ее невыполнимость, а в методы решения проблемы. Империя подошла к вопросу со свойственным по отношению к соседям рациональным цинизмом. Просто вывела из консервации древние корабли, установила новое вооружение и двигатели, обновила автоматику и отправила в новые места дислокации в качестве автоматических станций. С очень простой задачей – отстреливать тех, кто появится там без спроса. Размеры позволяли разместить на вновь создаваемых объектах много чего интересного, и это моментально отбило у халявщиков желание воспользоваться результатами чужих исследований. Получившиеся боевые роботы оказались не только эффективны, но и безжалостны, и это добавило страха соседям. Разумеется, были юридические проблемы, но из-за такой мелочи с Империей предпочитали не связываться уже тогда. В общем, проект оказался удачен, был расширен на новом технологическом уровне и получил наименование Дальнего Рубежа. До сих пор такие станции можно было встретить там, куда Империя протягивала свои руки.

— И здесь Империя, – пробормотал Йозеф, как зачарованный, рассматривая проплывающие мимо своды тоннеля. – И когда только успела…

— Не знал?

— Я считал, что держу руку на пульсе событий, но…

— Друг мой, не обольщайся, – мать улыбнулась Йозефу так, что Марыся зубами скрипнула от ярости. – Ты не всеведущ. Эта станция появилась здесь давно. Нас всех еще в проекте не было.

— И она так и вертится на орбите несколько десятилетий?

— А что такого? Есть-пить не просит. Раз в десять лет прибывает команда специалистов, проводит регламентную профилактику механизмов – и все. Кому надо о станции сообщили, а мнение тех, кого не поставили в известность, никого по большому счету не интересует.

— Понятно. А зачем мы здесь?

— А вы еще не поняли? – мать рассмеялась звонко-звонко. Марыся вновь заскрежетала от ярости зубами. – Неужели вы и в самом деле решили, что я намерена заставить вас кирками долбать уран, а потом в мешках на своем горбу тащить его к звездолету? Открою вам страшную тайну – эти станции предназначены не только для контроля пространства. На них можно провести бункеровку небольшой эскадры, текущий ремонт корабля до эсминца включительно, разместить людей, если надо… Глупо строить такую громадину ради одной-единственной цели. Функций у нее миллион!

Последнее выглядело явным преувеличением, но спорить никто не стал. Очень уж величественным представлялось сооружение – симбиоз космического булыжника и гения имперских инженеров. Астероид достигал в диаметре почти десяти километров, и это был, по словам матери, еще не самый крупный вариант. Сложно даже представить, каких усилий стоило хотя бы просто выдолбить его изнутри. В принципе, как пояснила мать, это и было причиной, по которой такие станции могла строить только Империя. Остальные попросту не вложились когда-то в разработку соответствующих технологий, а сейчас создавать их с нуля, да еще обходить имперские патенты… В общем, работать с глыбами до полукилометра в диаметре умели все серьезные державы, спецы из Альянса умели работать с астероидами в полтора-два километра, а вот сверх этого – увы.