Книга Покой, страница 93 – Джин Родман Вулф

— Вот вы где. Знаете, а я ведь не рассчитывала увидеть вас снова.

На ней был женский желто-коричневый тренчкот, в волосах блестели капли дождя.

— Подумаешь, немного подождал, сидя за столом.

— Хотите сказать, что воспользовались рулевым колесом в качестве пюпитра?

— Что-то в этом роде. Где желаете поесть?

— Зависит от вас. Кроме того, я мало что знаю о здешних ресторанах. Я живу здесь всего пару месяцев.

— Тогда пойдем к Милевчику. Еда хорошая — в основном французская, — и я немного знаю владельца.

— Вы живете здесь с детства, не так ли? Я так и подумала из-за того, что вы сказали о нашем здании.

— Да, всю жизнь.

— Забавное местечко, верно? Эталонная срединная Америка. Сама-то я городская девушка.

— Чикаго?

— Прислушиваетесь к акценту? Нет, Сент-Луис.

— Вежливо ли спрашивать, зачем вы приехали в Кассионсвилл? Я не хочу совать нос в чужие дела.

— Очень вежливо. Я приехала сюда, потому что я библиотекарь — у меня степень магистра библиотечного дела. Я занималась каталогизацией — в общем-то, лишь ею — в Системе публичных библиотек Сент-Луиса с тех пор, как окончила университет, а потом ответила на объявление и переехала сюда — теперь я крупная лягушка в маленькой луже. Это мне больше по душе.

— Значит, вам нравится здесь работать.

— У нас хорошая коллекция старинных документов, и я разбираю наш генеалогический материал. И потом, мне нравится наше здание, хотя… Вир. Я должна была заметить фамилию. Вы… ну да, вы же сказали, что прожили здесь всю жизнь. Я как раз собиралась спросить, не принадлежите ли вы к местной знатной семье, но вы, наверное, принадлежите; я не думала, что кто-то еще остался.

Дворники успели вытереть не одно поколение дождевых капель с ветрового стекла, пока она говорила.

— Я единственный.

— Ваши предки владели большей частью города — полагаю, вы в курсе.

— Я знаю, что они купили землю у Блейнов и построили мельницу на Канакесси.

— По крайней мере, они заплатили, а вот Блейны украли землю у индейцев.

— Я думал, существует какой-то договор.

— Ну ладно — украли по договору. Только вот сейчас никто не может отыскать ни договора, ни индейцев, если уж на то пошло. Оленью шкуру, которую демонстрируют школьникам, расписала группа местных дам где-то сорок лет назад.

— Я знаю.

С минуту моя попутчица молчала. В библиотеке я заметил, что, как и многие библиотекари, она носила очки на цепочке; теперь они исчезли, и по тому, как ее глаза загорелись, когда она посмотрела на меня, я заподозрил контактные линзы.

— Вы когда-нибудь размышляли об индейцах, населявших эти края? О людях, которые убивали оленей стрелами с каменными наконечниками на этой самой улице?.. О, я вижу заведение Милевчика! Правильно произнесла?

Я сказал, что да, и заехал на парковку. Час был достаточно ранний, но свободных мест осталось меньше половины.

— Смотри-ка, я проезжала мимо этого заведения, но никогда не была внутри… А тут мило… Людовик XIV. Мне нравится Людовик XIV, особенно его ковры — кажется, мне бы пошел напудренный парик.

— А мне не помешал бы меч.

— Как вы галантны, мистер Вир.

Официант — не Милевчик — подвел нас к столику. Обои украшал позолоченный узор флер-де-лис; репродукция «Меццетена» Ватто^[61] висела на стене позади нас в раме, обтянутой бархатом. Когда мы сели, библиотекарша сказала: