Онлайн книга «Эпифания Длинного Солнца»
|
Коридор оказался по-прежнему пуст. Черная лестница привела Шелка в кухню. Казалось, здесь в поисках провианта побывало не менее роты. За задней дверью, судя по тому, что удалось разглядеть в отсветах небесной тверди, раскинулся садик в классическом стиле. Выкрашенная белилами калитка запиралась на самый обычный крючок. Снаружи, на улице Корзинщиков, Шелк остановился, обернулся и оглядел покинутый дом. Почти всюду ярко горели огни: единственную комнату во втором этаже, где светочи на глазах меркли, очевидно, еще пару минут назад занимал он. Путь к центру города вернее верного указывали далекие взрывы. Вскоре Шелку попался навстречу конный офицер (вполне возможно, тот самый, что ранил его), галопом промчавшийся мимо, не обратив на него никакого внимания. Еще двумя улицами ближе к Палатину ему учтиво козырнул спешивший куда-то стражник с вализой для срочных депеш на боку. «В вализе вполне может лежать приказ о поголовном аресте всех виронских авгуров, – рассудил Шелк, – а мчащий галопом офицер, возможно, везет Оозику известия о новом сражении. Прочесть бы эти депеши, выслушать бы донесение верхового офицера самому – сколько бы вышло пользы!» Однако самую важную новость, стоившую всех других новостей, донесли до его ушей голоса орудий, твердивших: занять весь город от отдаленных восточных кварталов до Палатина Аюнтамьенто не удалось. Таким образом, ему придется пробираться вперед улицами, где бьются насмерть стражники с бунтовщиками майтеры Мяты, снова и снова возвращаясь к самым знакомым местам, а после, скорее всего, пересечь еще одну спорную зону, дабы добраться до Палатина. Палатин… Палатин стража наверняка будет удерживать до последнего, а тот капитан с утра говорил, что в ночь мольпицы для его обороны едва-едва хватило сил целой бригады. Обе воюющие стороны станут серьезной преградой: убить его могут и те и другие, не говоря уж о долгой, нелегкой прогулке, о вполне вероятной смерти от перенапряжения сил, и все же… И все же попробовать стоило – ведь, оставшись в живых, он еще сегодня увидится с Гиацинт. Свободная рука сама собой потянулась к иглострелу Мускуса, однако Шелк вовремя обуздал ее, опустил вниз и, погруженный в мрачные размышления о том, что еще до ростени может узнать о себе ряд истин, которые, впрочем, вовсе не предпочтет неведению, неосознанно ускорил шаг. Людям, как правило, свойственно полагать себя добрыми либо злыми, но боги – особенно Иносущий – наверняка должны знать, сколь многое зависит от стечения обстоятельств. Стал бы злым тот же Мускус, чей иглострел он, Шелк, едва не выхватил из-за пояса считаные секунды тому назад, если бы не служил Крови? И, кстати, раз уж на то пошло, не мог ли Кровь стать лучше, добрее, не окажись рядом Мускуса? За хитростью и алчностью в сердце Крови явственно чувствовались великодушие и доброта – как минимум подспудные, потенциальные… Внезапно нечто, свалившееся прямо с небес, приземлилось на его плечо, да так грузно, что Шелк чудом устоял на ногах. — Вот он! Шелк! Шелк… Хор-роший! — Орев?! Неужто ты? — Птичка… дома! Щелкнув клювом, Орев дернул Шелка за непослушный вихор. — Очень рад… безмерно рад твоему возвращению. Где же ты пропадал? Как оказался здесь? — Сквер-рное место! Др-рянь! Гр-ромадная нор-ра! |