Онлайн книга «Эпифания Длинного Солнца»
|
— Девочка… идти! Шумно захлопав крыльями, Орев вспорхнул на плечо Шелка. — Идти… скор-ро! По меньшей мере секунду Шелк потратил впустую: сколько он ни приглядывался, знакомых черт Мукор в лице Реморы так и не появилось, а затем… Гиацинт показалась из-за деревьев еще до того, как с усыпанной фальшивыми самоцветами тропки донеслось частое шлепанье босых ног – бежит, рот широко разинут, в темных глазах над смятыми кружевами полупрозрачного розового дезабилье блестят слезы, волосы клубятся за спиною полночной тучей… При виде Шелка она остановилась, замерла без движения, словно увязнув намертво в глыбе незримого янтаря. — Ты здесь! Вправду здесь! Еще миг, и она, подхваченная чарами Фельксиопы, уже в его объятиях, душит его поцелуями. — Я даже не… да, понимала, что прийти ты не сможешь, но должна была… должна, иначе как узнать? Всегда думала, что… Шелк тоже поцеловал ее, неумело, но без стеснения, попытавшись выразить поцелуем, что им тоже движет некая внутренняя сила сильнее его самого. Окутанный полумраком пруд и окружавшая его миниатюрная долинка сделались сумрачнее прежнего. Покончив с бессчетными поцелуями и подняв взгляд, Шелк увидел лишь рыбину в разноцветных, золотистых с серебром, черных, белых и красных пятнах, праздно парящую в воздухе над приподнятой кверху ладонью богини, да еще впервые заметил свет, источаемый лампой филигранного серебра среди ветвей карликового деревца. — Где же они? – удивился он. — А здесь… был… еще кто-то? Не успевшая отдышаться, Гиацинт улыбнулась, да так, что сердце его защемило, исполнилось боли – сладчайшей, нежнейшей, не сравнимой ни с чем иным. — Его Высокопреосвященство с учителем фехтования. Что-то подталкивало оглядеться по сторонам, но Шелку так не хотелось отводить от нее взгляд… — Наверное, ушли потихоньку, из вежливости, – снова поцеловав его, ответила Гиацинт. Не в силах вымолвить хоть слово, Шелк молча кивнул. — Нам тоже лучше уйти отсюда. У меня тут комната… я говорила? Шелк покачал головой. — На самом деле это покои: обычных комнат здесь нет, но называют их комнатами. Вроде игры, чтобы попросту, будто в деревне, на постоялом дворе. Не снимая руки с его плеча, Гиацинт изящно, словно танцовщица, опустилась на колени. — Встань так же над прудом, рядом со мной, а? Хочу поглядеть на себя и на тебя тоже, чтоб сразу. На нас… – Из глаз ее хлынули слезы. – На нас хочу поглядеть. Шелк преклонил колени возле нее. — Я знала, что ты не сможешь прийти… Слезинка упала с ее щеки в воду. По глади пруда разбежались крохотные круги. — Знала… потому мне и нужно увидеть нас обоих. Вместе. Увидеть тебя рядом со мной. На миг Шелку, в точности так же, как во дворике для игры в мяч (хотя, возможно, лишь потому, что пережил он подобное именно там), показалось, будто он пребывает вне времени. Когда же они вновь перевели дух и потянулись друг к другу губами, ему почудилось, что их отражения в безмятежной воде пруда остались такими же, какими были, незримыми, но вечными, неизменными. — Нам… то есть мне нужно уходить, – сказал Шелк. Каких же трудов стоили ему эти слова! – Они знают, что я здесь, а если еще не знают, то скоро выяснят. И пошлют штурмовиков убить меня, а если ты останешься со мной, тебя убьют тоже. Гиацинт рассмеялась. Ее негромкий смех казался нежней любой музыки. |