Книга Город потерянных душ, страница 75 – Кассандра Клэр

— Магией крови? Какой именно?

Джослин достала из кармана сложенные записи Магнуса и передала Сестре. Пламенный взгляд Клеофы побежал по строчкам. Изабель с содроганием заметила, какие длинные у нее пальцы. Не элегантно длинные, а гротескно – вытянутые кости делали ее руки похожими на пауков-альбиносов. На каждом заостренном ногте – электрум.

Дочитав, Клеофа покачала головой.

— Сестры не имеют дела с магией крови.

Пламя в ее глазах вспыхнуло и вдруг поблекло, а мгновением позже за матовой стеной появилась новая фигура. Она вышла из камня, словно из тумана.

— Сестра Долорес, тебе это о чем-нибудь говорит? – Клеофа передала подошедшей. Долорес очень походила на Клеофу: такая же высокая, стройная, в таком же белом платье, вот только ее длинные волосы тронула седина, и в обе косы был вплетен золотой шнур. Однако, несмотря на седину, ее лицо оставалось гладким, без морщин, и огненные глаза горели ярко.

Она быстро взглянула на листы.

— Соединяющие чары. Они подобны нашей церемонии объединения парабатаев, вот только связь образуют демоническую.

— Но что делает ее демонической? – спросила Изабель. – Заклинание парабатаев ведь безвредное…

— Неужели? – поддела Клеофа, но Долорес тут же осадила ее взглядом.

— Ритуал парабатаев связывает двоих, но воля их остается свободной, – объяснила она. – Эти же чары, связав две души, подчиняют одну другой. Во что верит главный, в то поверит и второй. Чего захочет первый, того и второй пожелает. Второго связь лишает воли, на то она и демоническая. Ведь свободой воли наделены лишь создания Небес.

— Это также значит, что если ранят одного, то и другой окажется ранен, – добавила Джослин. – Видимо, со смертью то же самое?

— Да. Ни один не переживет смерти другого. Это слишком жестоко, и потому этого нет в ритуале парабатаев.

— Мы пришли узнать, существует ли оружие, способное навредить одному, но не второму или разделить их? Сможете ли вы его выковать?

Сестра Долорес вновь взглянула на записи и отдала их обратно Джослин. Руки у нее были такие же, как у Клеофы, – длинные, тонкие пальцы, белые, как бумага.

— У нас нет такого оружия, и выковать его мы не способны.

Изабель сжала кулаки так, что ногти впились в ладонь.

— Нет? – переспросила она. – Совсем?

— Нет в этом мире, – добавила Долорес. – Но клинок Небес или Ада может справиться. Меч архангела Михаила, которым Иешуа сражался у стен Иерихона, ибо он объят небесным огнем. И есть клинки, выкованные во тьме бездны. Но как их достать, мне неизвестно.

— А даже если б знали – Закон запрещает нам о таком говорить, – резко ответила Клеофа. – Вы же понимаете, что нам придется рассказать Конклаву о вашем визите…

— Что там с мечом Иешуа? – перебила Изабель. – Вы можете его достать? Или подсказать нам, как это сделать.

— Только ангел одаривает этим мечом, – сказала Долорес. – А вызвать ангела – значит быть сожженной небесным огнем.

— Но Разиэль…

Клеофа поджала губы.

— Разиэль оставил нам Орудия смерти, чтобы в минуты самой острой нужды мы смогли призвать его. Этот единственный зов был истрачен, когда его вызвал Валентин. Больше нам не дано обратиться к его мощи. Растратить ее вот так было преступлением. Кларисса Моргенштерн избежала наказания только потому, что это ее отец вызвал Разиэля, а не она.