Книга Вор Мертвого города, страница 75 – Андрей Глухарёв

Сражаться вслепую против одного или двух противников — это искусство, требующее выдержки и звериного слуха. Сражаться вслепую против обезумевшей стаи — это просто отсрочка неизбежного. Порядок, который Даррен пытался выстроить, рассыпался быстрее, чем карточный домик на сквозняке. В кромешной тьме каждый бился сам за себя, окруженный невидимыми тварями и собственным страхом.

Мы проигрывали. Медленно, но верно нас захлестывала эта белесая волна. Нас просто задавят массой, утопят в собственной крови и слизи, а затем утащат на дно подземной реки, чтобы доедать в тишине долгие недели.

Вор живет только до тех пор, пока остается тенью. Я изо всех сил цеплялся за это правило, надеясь пройти Ущелье под прикрытием привычной тьмы. Но сейчас это убеждение превратилось в петлю на моей шее. Какой смысл прятаться в темноте, если взрыв Харгрима, рев Крэга и вопли Лориса уже разорвали тишину Змеиного Хребта в клочья? Эхо нашего шума уже унеслось вглубь пещер. Если там, впереди, действительно есть Козлоногие — Палачи Бездны, как назвал их немногословный напарник Даррена, — то они уже знают о нас. Нас услышал каждый ублюдок до самых ворот Эре-Нергала. Терять было нечего. Выбор сузился до двух предельно простых вариантов: сдохнуть в темноте прямо сейчас или рискнуть ради шанса увидеть, кто именно отрывает тебе голову.

— Ложись! — рявкнул я во всю мощь своих легких, перекрывая шипение слепцов и лязг стали. — Все лицом в землю! Закрыть глаза!

Моя левая рука нырнула за пазуху, под промокшую кожу куртки. Пальцы безошибочно скользнули в один из потайных карманов-газырей на груди. Там, в мягком войлоке, покоились стеклянные ампулы, купленные у старого барыги Фарго на Ржавом рынке. Я выхватил одну из них. Стекло было холодным, гладким, а внутри лениво, словно ртуть, перекатывалась тяжелая жидкость.

Я не стал целиться. В этом месиве было достаточно просто попасть в стену. Я размахнулся и с силой швырнул алхимический флакон высоко вверх и вправо, туда, где звук копошащихся тварей был самым густым. Стекло со звоном разлетелось вдребезги о невидимый камень. В ту же секунду Ущелье Слепого Короля перестало быть темным. Тьму не просто прогнали — ее разорвали на куски, выпотрошили и сожгли заживо.

Это не было веселое, трескучее оранжевое пламя костра. Алхимическая смесь Фарго вспыхнула густым, неестественным ядовито-желтым светом. Это сияние было настолько плотным, что казалось жидким. Огонь не пополз вверх, как диктуют законы природы, — он рухнул вниз сверкающим водопадом раскаленного золота, облепляя камни, воду и корчащиеся внизу тела. Свет ударил по глазам даже сквозь плотно сжатые веки. Я услышал, как синхронно охнули мои товарищи, инстинктивно вжимаясь лицами в спасительную грязь тракта. Но то, что произошло с тварями, превзошло все мои ожидания.

Слепцы, лишенные глаз, не должны были бояться света. У них не было зрительных нервов, лишь гладкая костяная пластина от лба до середины морды. Но когда тяжелое желтое сияние залило ущелье, стая издала вопль, от которого затряслись камни. Я приоткрыл один глаз, щурясь сквозь слезы от нестерпимой яркости. Твари падали на спины, извиваясь на мокрых плитах, и судорожно, до хруста, царапали свои безглазые морды перепончатыми лапами. Свет казалось выжигал им глаза, которых у них не было.