Книга Вор Мертвого города, страница 1 – Андрей Глухарёв

Осенний ливень неистово хлестал по слюдяным окнам трактира, словно пытался смыть в сточные канавы и сам этот покосившийся дом, и все его грехи заодно. Снаружи царила холодная, промозглая ночь, из тех, когда даже бродячие собаки предпочитают забиться глубоко в подворотни и не подавать никаких признаков своего существования.

Внутри же стоял густой, хоть топор вешай, смрад кислого пива, мокрой шерсти, чеснока и немытых тел. Зал был набит битком. Здесь собралась обычный для приграничья человеческий сброд: наемники, пропивающие последние медяки, угрюмые контрабандисты, пара подозрительно озирающихся купцов да местные шлюхи. Ни одного гнома, ни одного эльфа — чистая, ничем не разбавленная людская клоака, где нож под ребро можно было получить просто за неудачный взгляд.

Тяжелая дубовая дверь со скрипом отворилась, впуская в прокуренный зал ледяной порыв ветра. Пламя свечей истерично задергалось, выхватывая из полумрака две фигуры в насквозь промокших плащах. Вошедшие не стали суетливо отряхиваться. Прежде чем сделать хоть шаг, они замерли на пороге, и их взгляды цепко, профессионально ощупали помещение. Тот, что повыше, едва заметно кивнул второму, коренастому, и оба направились прямиком к стойке, лавируя между столами с той грацией, которая выдает людей, привыкших к звону не монет, но стали.

Трактирщик, тучный мужчина с лицом, похожим на недопеченный блин, меланхолично протирал деревянную кружку грязной тряпкой.

— Дрянная погодка, хозяин, — бросил высокий, откидывая мокрый капюшон. Лицо у него было узкое, с глубоким шрамом, пересекающим бровь.

— Для кого дрянная, а для кого — самое время горло промочить, — философски отозвался трактирщик. — Горячее вино с пряностями?

— Наливай. И пожрать чего-нибудь, что не мычит и не лает.

Коренастый хмыкнул, опираясь локтями о липкую стойку.

— По дорогам нынче бродить — только сапоги в грязи топить да стрелы спиной ловить. На южном тракте опять разъезды усилили.

— Орки? — без особого интереса спросил трактирщик, ставя перед гостями две исходящие паром кружки.

— Они самые, — кивнул высокий, делая осторожный глоток. — Зеленокожие совсем с цепи сорвались. Прут на заставы, будто им сам Теос пятки скипидаром смазал. Пограничникам сейчас не позавидуешь, кровью умываются.

— А что эльфы? Разве у нас с ними не какой-то там великий союз? — трактирщик усмехнулся, продемонстрировав нехватку пары передних зубов.

— Ушастые? — коренастый гадко заржал. — Да плевать они хотели. В их Светлых Домах опять грызня. Травят друг друга ядами, режут глотки в тени своих драгоценных лесов, интриги плетут. Им до наших бед дела нет.

— Эх, — мечтательно протянул высокий, вытирая губы тыльной стороной ладони. — А я бы не отказался от парочки их высокородных леди. Говорят, эти эльфийки только на публике строят из себя холодных недотрог. А стоит прижать такую в темном углу да показать золото, так визжат и извиваются на простынях слаще любой портовой девки. Только длинные уши по подушке хлопают!

Коренастый снова заржал, трактирщик вежливо и сально улыбнулся в ответ, поддерживая игру. На мгновение повисла та самая непринужденная, расслабленная атмосфера, которая всегда возникает между случайными собутыльниками. И тут высокий, все так же улыбаясь, чуть понизил голос. Его тон изменился неуловимо, но оттуда мгновенно исчезла вся былая веселость.