Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 109 – Джин Соул

— Да… – протянул хэшан, пощипывая бородку.

— Что за кисть и где её взять? – деловито осведомился Ху Баоцинь. Лисья попа зачуяла приключения, и он даже временно отказался от мысли улиснуть, пока хэшан отвлёкся.

Владыка миров превратился в статного седовласого мужчину, каким обычно представлялся смертным и некоторым другим сущностям, и сказал:

— Там, куда собакам ход воспрещён.

Ху Баоцинь недоумённо выгнул бровь. О присловье, что «все псы попадают на Небеса», он не слышал, разумеется, потому и не понял, что Владыка миров имел в виду.

А отправиться им предстояло прямиком в ад.

Ху Баоциню показалось, что он ослышался. Но Владыка миров кивком подтвердил, что имел в виду именно то, что сказал: упомянутая кисть хранится не где-нибудь, а в адской сфере. Однако собаки в ад попасть не могут, поэтому Ху Баоциню придётся принять другой облик, если он хочет отправиться вместе с демиургом.

— Я бы предпочёл вернуть тебя в Сияющий чертог, – хмурясь, сказал Владыка миров, – но мне, вероятно, потребуется твоя помощь.

— Есть что-то, с чем ты не справишься сам? – уточнил Ху Баоцинь потрясённо.

— Всеведение и всезнание ещё не означает всемогущество, – напомнил демиург и слегка поморщился.

Ху Баоцинь, поразмыслив, превратился в серебристого лиса, но Владыка миров сказал, что в лисьем обличье в ад отправляться тоже нельзя. Тогда все сразу поймут, что он демон.

— И что? – недоумённо наклонил голову набок серебристый лис.

— Демиург не должен отдавать предпочтение ни одному из миров, это негласное правило, – уклончиво ответил Владыка миров. – Тебя должны принять за созданное мною существо или вообще за часть меня. Лучше тебе превратиться в человека.

— Моя аура от этого не изменится, – возразил Ху Баоцинь. – Демон остаётся демоном, какое бы обличье ни принял.

Владыка миров сложил ладони вместе, точно поймал невидимого мотылька, а когда развёл, то в них лежала прозрачная пилюля с белёсыми прожилками. Пилюля Затмения, так назвал её демиург, начисто стирала ауру того, кто её проглатывал. Когда пилюля растворялась в желудке полностью, аура возвращалась. Сил или способностей она не лишала.

Принимать подозрительные пилюли Ху Баоциню нисколько не хотелось, но лисий знахарь в нём исполнился любопытства: интересно, сможет ли он по вкусу определить, из чего эта пилюля сделана, и создать реплику? Он превратился в человеческую версию самого себя, без ушей и хвостов, и протянул руку за пилюлей.

Владыка миров придирчиво оглядел его и сказал:

— Превратись в человека непритязательного вида.

Ху Баоцинь выгнул бровь, но демиург с самым серьёзным видом объяснил, что Владычица ада падка на красивых мужчин и женщин, поэтому не стоит привлекать к себе лишнего внимания. Если она прельстится Ху Баоцинем, то непременно захочет разузнать, кто он, а если выяснится, что он лисий демон, да к тому же предназначенная аду душа… Договаривать Владыка миров не стал, но всем своим видом показал, что любыми способами хочет избежать подобного развития событий.

Ху Баоцинь пожал плечами и превратился в «непритязательного человека». Владыка миров велел ему проглотить пилюлю Затмения. Ху Баоцинь зажал её между большим и указательным пальцами и посмотрел через неё на свет. Белёсые прожилки пульсировали, как кровеносные сосуды, и создавалось впечатление, что пилюля – живая. Ху Баоцинь лизнул пилюлю, озадаченно выгнул бровь. У неё не было вкуса.