Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 69 – Джин Соул

А смотреть под лапы всё-таки стоило, потому что земля вдруг кончилась, и Недопёсок ухнул куда-то вниз, сквозь облака, заверещав с перепуга.

Это было первое официальное, пусть и невольное сошествие лисьего духа с Небес: провалился он не куда-нибудь, а в тоннель-портал, соединяющий Небесный дворец с миром смертных. Но тогда Сяоху ещё об этом не знал и верещал во всю глотку, оплакивая свою безвременную кончину в разверзнувшейся прямо под лапами бездне.

Поначалу Недопёсок вопил, широко разинув пасть и зажмурившись. Мысли у него при этом были разные: «Падаю! Падаю!» – «Сейчас упаду!» – «Сейчас разобьюсь!» – «А-а-а!» – «Хм…»

Что-то долгонько он падал.

Сяоху, всё ещё вереща, открыл сначала один глаз, потом другой. Да, он таки падал, но не стремительно, как вообразил себе поначалу, а степенно, охваченный направленным воздушным потоком, и это было совсем не страшно. Недопёсок тут же закрыл пасть и глянул вниз, потом вверх. Всё было очень туманно, а значит, финиш, каким бы он ни был, ещё не скоро. Расплывшись в лисьей ухмылке, Сяоху раскинул лапы и вообразил себя орлом. Когда ему надоело, он перевернулся мордой вверх и некоторое время падал так, потом – свернувшись в клубок и распушив все хвосты, потом – выставив одну лапу вперёд, как полководец, потом – изображая перекати-поле.

Выкрутасы беспокойного посетителя тоннелю-порталу не понравились: никто ещё не спускался по нему столь возмутительным образом – и он выплюнул Недопёска через внезапно открывшийся в боку столпа люк. Недопёсок опять заверещал, потому что на этот раз падение было самым настоящим, но, к счастью, падать оставалось недолго, всего лисий чжан с хвостиком (предположительно – мышиным), и чернобурка шмякнулась возле какого-то ручья, распугав местную живность громким плюхом и звучной, забористой, хотя и на лисий манер руганью, помянув хорьков аж до двенадцатого хорькового колена.

Недопёсок встал на задние лапы, отряхнулся и огляделся. Лесок был так себе, паршивенький, ничего интересного, но вода в ручье призывно журчала, и Сяоху напился. А уж когда он заметил ползающих у ручья улиток, в животе заурчало, Недопёсок похлопал по нему передними лапами и пробормотал:

— Не помешало бы и подкрепиться. Пятый завтрак-то я пропустил!

Недопёсок засучил рукава и принялся подъедать улиток. Улиточные домики он не выбрасывал – припрятывал в рукав: пригодится на поделки. Воображение уже рисовало бусы в три ряда, а может, и в четыре, и ещё на браслетик останется.

Наевшись, Сяоху рыгнул и сунул морду в ручей, чтобы прополоскать рот. Болтать языком в воде ему понравилось, и он делал это ради собственного удовольствия, пока его за язык не тяпнула личинка стрекозы, оказавшаяся, впрочем, ничуть не хуже улиток.

— А вот теперь можно искать шисюна, – объявил Недопёсок.

Он чуял, что Ху Фэйцинь где-то в мире смертных, и не сомневался, что чутье его не подведёт.

Подвели улитки.

Через несколько шагов Недопёсок понял, что улиток переел. В животе забурчало ещё сильнее, но на этот раз вовсе не от голода. Сяоху округлил глаза и юркнул в лес, чтобы сделать свои дела, а когда их сделал, то встал на все четыре лапы и накидал на лисью кучку листвы и земли, а потом воткнул в образовавшийся холмик какую-то веточку: лисья кучка должна покоиться в достойной гробнице. А уж как этот лисий подклад «порадует» нечаянных кладоискателей!