Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5, страница 276 – Джин Соул

— Согласен, – кивнул Янь Гун, тут же возвращаясь к обычной речи, в которой и намека не было на церемонность. – Цзэ-Цзэ, точно ничего не хочешь рассказать?

— О чем? – покраснев, спросил Ли Цзэ.

— О том, что между вами было. Можешь спрашивать, если… хм, если в чем-то не уверен, – с запинкой сказал Янь Гун. – Все-таки это твой первый раз. Мэйжун что-нибудь об этом сказала? Если она сказала что-то неприятное, не переживай. В первый раз редко кто остается доволен.

— Что ты несешь? – протянул Ли Цзэ. – Ничего я не собираюсь тебе рассказывать. Уверен, ты и сам прекрасно сможешь выдумать подробности и пересказать министрам.

— Я вовсе не потому спрашиваю, – смутился Янь Гун. – Мы же друзья, Цзэ-Цзэ, и если я могу чем-то тебе помочь…

— Ты мне поможешь, если заткнешься или переведешь разговор на другую тему, – сказал Ли Цзэ категорично.

Янь Гун между тем хорошенько присмотрелся и спросил:

— А с лицом у тебя что?

Ли Цзэ страшно смутился:

— Ничего, пустяки.

— Только не говори, что она тебя ударила! – воскликнул Янь Гун.

— Случайно вышло, ничего такого, – отмахнулся Ли Цзэ. – Она… Это еще до того было. Я неудачно пошутил, а она швырнула в меня подушкой.

— Но ты ведь мог уклониться?

— Не ожидал, вот и не успел, – смущенно ответил Ли Цзэ.

— Это с какой же силой она подушку швырнула, чтобы тебе нос разбить?!

— Она сильная женщина, – отводя глаза, сказал Ли Цзэ.

— Это да, – фыркнул Янь Гун, – след от той оплеухи у тебя неделю не сходил, не меньше!

Ли Цзэ страшно покраснел:

— Гунгун, хватит уже об этом! Даже Мэйжун уже об этом не вспоминает, а ты все помнишь.

— У меня непогрешимая память, – хвастливо сказал Янь Гун, – так что я всегда смогу тебе о чем-нибудь напомнить, если ты запамятуешь.

— Тогда напомни мне, – с убийственно серьезным лицом сказал Ли Цзэ, – чтобы я тебя побил, если ты снова заговоришь об этом.

— Молчу, молчу…

Ли Цзэ нередко грозился его побить, но дело никогда не заходило дальше слов, поэтому евнух нисколько не переживал за собственную шкуру.

Подарки для Мэйжун: красивые одеяния, драгоценности и румяна, – были уложены в небольшие золотые шкатулки. Янь Гун придирчиво оглядел каждую и заметил, что если бы ему дарили такие сокровища, то он был бы на седьмом небе от счастья. Но речь ведь шла о Мэйжун.

«Этому речному гулю угодить непросто!» – подумал Янь Гун. Он вообще ни разу не слышал, чтобы ей что-то нравилось.

Войдя в покои Хуанфэй, Янь Гун придирчиво оглядел Мэйжун. Она нисколько не походила на женщину, проведшую ночь в объятиях мужчины. Не было небрежности в облике, теней под глазами или хоть единого пятнышка на белой коже.

— Вот только евнуха мне не хватало, – сказала Су Илань недовольно, выкидывая руку в сторону.

Янь Гун посмотрел и заметил придворных дам, выстроившихся цепью возле окна. Выглядели они еще недовольнее Мэйжун. Он сообразил, что придворные дамы явились выспрашивать у Юйфэй подробности ночи с царем, а может, давать советы, как более опытные наставницы. Но от Мэйжун, по всей видимости, они ничего не добились, иначе не стояли бы сейчас с таким видом. Что бы ни произошло в покоях Хуанфэй, эту тайну знали только двое: Ли Цзэ и Мэйжун.

— Я принес тебе подарки от царя, – сказал Янь Гун, решив не замечать дурного настроения всех присутствующих, и похлопал в ладоши.