Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3, страница 74 – Джин Соул

— Но я виновата…

— Цветок тоже виноват, если кому-то захотелось его сорвать? – прервала её Шу Э.

— Что… – растерялась Шэнь-цзы.

— О чём это вы тут болтаете? – раздался в некотором отдалении голос Юн Гуаня.

Шэнь-цзы и Шу Э обернулись. Юн Гуань неспешно шёл, потягиваясь и нарочито похлопывая себя по губам, чтобы продемонстрировать, что выспался или даже заспался. Выглядел он лучше, чем накануне. Он подошёл к Шэнь-цзы, приподнял её лицо пальцем за подбородок и легко поцеловал в губы. В этом поцелуе ничего не было: ни страсти, ни желания, – исключительно благодарность.

— Ты ухаживала за мной всю ночь, Шэнь-цзы, спасибо, – сказал Вечный судия с улыбкой.

Шэнь-цзы несколько смутилась.

— Разнообразия ради, – сказал Юн Гуань, выдворяя Шу Э из-за стола, – поработаю.

Шу Э закатила глаза:

— Так небо и земля всё-таки поменялись местами? Чтобы владыка без напоминаний уселся за работу…

— Эй! – недовольно сказал Вечный судия. – Что ты несёшь? Я всегда работаю в поте лица.

— Да уж, – непередаваемым тоном сказала Шу Э, обращаясь не то к Шэнь-цзы, не то к самой себе, – владыка работает в поте лица, а с меня потом семь потов сходит, чтобы разгрести последствия!

— В Великом Ничто нет времени как такового, – сказал Юн Гуань, – оно обнуляется, поэтому восприятие кажется искажённым. Ты привыкнешь, Шэнь-цзы.

Вторая принцесса глядела на чашку, которую держала в ладонях. Сладковатый дымок чая вился из неё.

«И чай я пью тоже по привычке», – подумала Шэнь-цзы, а вслух спросила:

— Значит, если я уроню чашку, она не разобьётся?

— Разумеется, разобьётся, – возразил Юн Гуань.

Шэнь-цзы болезненно прикрыла глаза:

— Я не понимаю…

— Разбей её, – предложил Юн Гуань.

— Но…

— Разбей.

Шэнь-цзы разжала пальцы, чашка упала на пол и разбилась. Чай расплескался. Вторая принцесса прикрыла глаза на секунду, машинально, чтобы защитить их от разлетевшихся капель кипятка. Когда она открыла их… чашка по-прежнему была в её руках.

— Как… – растерянно сказала Вторая принцесса. – Она… Я ведь разбила её, чай выплеснулся. Как?

— Обнуление события. Грубо говоря, Великое Ничто отмотало время на пару мгновений назад, возвращая тебя в тот момент, когда чашка ещё не была разбита.

— Но воспоминания назад не отматываются.

— Нет.

Вторая принцесса свела брови на переносице:

— Получается, если здесь нет времени как такового, то отсюда можно попасть в любой момент?

Юн Гуань тронул подбородок пальцем:

— Нет.

Шэнь-цзы поняла, что Вечный судия лжёт. Если подумать, то он всегда появлялся вовремя – или невовремя, – чтобы помешать Второй принцессе забрать собственную жизнь. Значит, он использовал обнуление времени вне Великого Ничто.

— Можно изменить любой момент в прошлом или в будущем?

— Нельзя, – сказал Юн Гуань и, заметив полный недоверия взгляд Шэнь-цзы, добавил: – Это запрещено. Подобные поступки нарушают законы трёх миров. Изменять прошлое или влиять на будущее запрещено.

— Но ведь ты это сделал!

— И поплатился за это. – Юн Гуань провел рукой по стриженной голове. – Владыка миров не наказал меня, когда я вмешался в круг перерождения твоего брата. Сложно сказать, почему он закрыл на это глаза. Когда я вмешался вторично, он предоставил десяти владыкам ада меня наказать, раз уж это вмешательство более всего затронуло их. Если я сделаю это в третий раз, боюсь, у Великого Ничто появится другой Вечный судия. Не проси меня об этом.