Книга Муцянь, страница 160 – Джин Соул

— Не только полученные силы, но и свои тратить придётся. Кто тебя просил резать так глубоко?

— Спасибо бы сказал, что тебя кровью напоили, – проворчал Сяоцинь.

Метод, которым Чанцзянь решил залечить рану Чэнь Ло, превзошёл все их ожидания. Он поднёс руку Чэнь Ло к лицу и… провёл языком по ране.

— Эй! – передёрнуло Чэнь Ло.

Края раны стянуло, кровь перестала течь, от свежего шрама заструился темноватый дымок и вместе со шрамом истаял, точно его и не было.

— Фу… – сказал Чэнь Ло, вытирая руку об одежду. – Обязательно было слюнявить?

— Так вернее, – беспечно отозвался Чанцзянь и поглядел на Сяоциня. Крылья его носа дёрнулись.

— Его тоже подлечи, – велел Чэнь Ло, сомневаясь, что без прямого приказа чёрный меч это сделает.

— Ещё чего! – свирепо воскликнул Сяоцинь. – Не дам я себя лизать!

— Тогда кровь не остановится, – пояснил Ято.

— До стоянки потерпит, – отрезал мальчишка и попятился, потому что все трое переглянулись, кивнули друг другу и двинулись в его сторону с твёрдым намерением мальчишку изловить и подвергнуть принудительному лечению, каким бы неподобающим оно ни казалось.

Удалось им это далеко не сразу: солнце уже успело наполовину выкатиться из-за горизонта, когда Ято поймал мальчишку, а Чэнь Ло зажал его руку так, чтобы он не смог вырваться. Чанцзянь поплевал на палец и провёл им по ладони Сяоциня.

— Я что, даже твоего врачевания недостоин? – сейчас же оскорбился Сяоцинь.

— Опять недоволен… – поразился Чэнь Ло.

Но и этого хватило, чтобы порез на ладони Сяоциня зажил. Мальчишка придирчиво оглядел руку, старательно вытер её об себя и даже спасибо не сказал, только исподлобья уставился на меч, посверкивая жёлтыми, как у фазана, глазами. Чанцзянь, казалось, нисколько не удивился такой неблагодарности и уж точно не расстроился, точно ожидал именно такой реакции.

— Я спать, – провозгласил он и, превратившись в меч, юркнул обратно в ножны. Разговаривать он после этого перестал, видно, сразу же и заснул, как грозился. Совсем как кот.

— Возвращаемся, – сказал Ято. – Они проснутся и нас хватятся.

Сяоцинь был уверен в своём сонном порошке, так он и сказал.

Возвращались к стоянке они по собственным следам, ещё не стёртым ветром. У разрубленного надвое скорпиона Чэнь Ло остановился.

— Ято, – обратился он, – когда вернёмся, никому не рассказывай о том, что произошло на самом деле. Этого скорпиона убил ты, покажем его остальным. Обо всём остальном…

Ято со смехом ответил:

— Да кто бы мне поверил? Я и сам-то не до конца верю… Было это наяву или только привиделось?..

— Зато теперь караваны пропадать не будут, – объявил Сяоцинь, незаметно отковырявший и спрятавший несколько клочков от увядшего хвостового цветка и теперь сияющий, как отполированное медное блюдо.

Чэнь Ло бросил взгляд на пустыню и усмехнулся собственным мыслям.

Кто знает, сколько ещё опасных тварей в ней скрывается… А те, что опаснее всех – не скрываются, а ходят караванами.

Костры уже прогорели, люди начали приходить в себя и теперь отрешённо бродили по стоянке, озадаченные тем, что очнулись вповалку у свежих кострищ. Чиновник загонял обратно в паланкин своих жён и наложниц, но те не помнили, как выбрались, а значит, и ругать их было бессмысленно. Караванщики шептались о проделках злых духов.