Онлайн книга «Утилитарная дипломатия»
|
— Бедная-бедная девочка… — на плечо легла шершавая ладонь. — Ты слишком много держишь в себе. Отпусти. Прошлое уже прошло. Его не вернуть. И не изменить. Нужно идти вперед. Все ошибаются. Вопрос лишь в том, куда приведут эти ошибки… — Я… Я… Ладонь ведьмы гладит меня по волосам, я закрываю глаза, растворяясь на мгновение в мимолетной ласке, а открываю уже в своей спальне. Темно. Потому что шторы задернуты. Ночь или день не понять. Тихо. У малышки теперь новая няня. Добрая. Ласковая. Она не повышает голос и все умеет. Она много говорит и постоянно улыбается. У нее мягкие руки. И вся она округлая и пышная как пуховая подушка. Такой должна быть мать, а я… Я не справилась. Снова. Не смогла. И не знаю, что делать дальше. У меня просто нет сил, чтобы что-то исправить. Может быть, без меня будет лучше? О малышке теперь есть кому позаботиться. Герхард ее не бросит, раз не бросил меня и не выставил из дома. С ней все будет в порядке. А я… Я отбрасываю одеяло и опускаю ноги на пол. Сижу какое-то время, собираясь с силами. Потом встаю и медленно иду к окну. Плечи болят. И шея. И голова. И вся я будто развалина. Сжимаю тяжелую ткань и тяну в сторону. Делаю шаг, еще один, чтобы отодвинуть штору. Она, не хотя, отодвигается в сторону, и в глаза бьет солнечный свет. Заслоняю лицо и морщусь. Сколько я не видела солнце? Не помню. Сейчас ведь должна быть весна. Птицы. Цветы. Синее небо. А я… Оглядываюсь на комнату. Смятая постель. Тапочки на полу. Халат в изножье кровати. Я заперла себя здесь, чтобы никому не навредить. И чтобы никто не навредил мне. А теперь не знаю, как выйти. Дверь в детскую открывается бесшумно, и на пороге появляется няня. Она смотрит на пустую кровать, а потом находит меня взглядом у окна. И улыбается. Широко и искренне. — Доброе утро! Вы уже встали! Хотите взглянуть на малышку? Ночью была такая сильная гроза! Я думала, она испугается. Но малышка так крепко спала. Чудесная девочка! Вам так с ней повезло! Повезло? Мне? Повезло? С малышкой? Я вспоминаю пронзительные крики, собственную беспомощность, бессилие и бесконечные ночи без сна. Боль во все теле. Ноющую грудь. Реальность, переплетающуюся со сном. По спине проходит озноб, и я с трудом выдыхаю. — Хотите посмотреть? — няня уже стоит рядом и протягивает мне халат, а на лице ее написано такая неподдельная радость, что сопротивляться невозможно. Я позволяю натянуть на себя халат, завязываю пояс и покорно иду в соседнюю комнату. Из кроватки доносятся какие-то звуки, похожие на чириканье. Сердце начинает биться чаще, а ноги подгибаются. Я с трудом переставляю их и чувствую, как кровь отливает от лица. Руки леденеют. — Сегодня она хорошо поела! И даже может сама немного полежать. Ей очень нравятся бабочки, которых прислала герцогиня. Вы же не возражаете, что их повесили? Бабочки? Взгляд цепляется за серебряную карусель, подвешенную над кроваткой. Раньше ее не было. Действительно бабочки. И колокольчики. Звенят. И блестят. Комната залита светом. Здесь тепло, а ковер под ногами мягкий. Я не надела тапочки. И так сильно вцепилась в ворот халата, что едва могу разжать пальцы. А вот и кроватка… Малышка лежит на спинке и смотрит на медленно вращающихся бабочек. Болтает ручками, будто пытается их схватить, но не может достать. И все вместе происходящее приводит ее в восторг, который вырывается наружу короткими вскриками, похожими на птичьи. Она так счастлива, что от одного вида перехватывает дыхание. И я вцепляюсь в перила кроватки, чтобы устоять на ногах. Я так и не дала ей имя. |