Книга Серая шейка. Непридуманная смерть, страница 57 – Груша Ерофеева

«Противно» — это было главное слово всех заседаний суда. И не только для меня. Судья смотрела на всю эту мышиную возню так, что сразу вспоминался анекдот: «Уважаемый адвокат, прекратите называть ответчика противной стороной. Суду обе стороны одинаково противны».

Стыд накрывал меня с головой. То первое ощущение глобальной испачканности, от которого я первые дни пыталась отмыться буквально, натирая себя мочалкой до красных полос на коже, не проходило. Как можно отмыть душу?

Впервые судья проявила активность на обсуждении пункта «драгоценности». Да, я уже прочла в Семейном кодексе, что драгоценности, меха и предметы искусства, даже полученные женой от мужа в дар, являются совместной собственностью супругов и подлежат разделу.

«Драгоценности» тянули на 39 тысяч с копейками. За 24 года брака! Две пригоршни дешевых украшений. Можно было обвешаться, как новогодней ёлке, копеечными серёжками и подвесками. Только вот стеклянные игрушки на ёлку обошлись бы дороже.

Конечно, никакими драгоценностями они не являлись, поскольку штампованное дешевое серебро с поделочными камнями — это бижутерия. Но доказывать было уделом ответчика и не на словах, а через экспертизу у специалистов. Во что бы мне обошлась экспертиза кучки мелких серебрушек? Явно пришлось бы отдать сумму не меньшую, чем их общая стоимость, а то и большую. Да и противны мне были все эти жалкие его подарки. И потому я обратилась к суду:

— Я бы предпочла отдать все так называемые драгоценности бывшему мужу натурой. И исключить их из совместно нажитого.

Но судья меня не поддержала:

— Этим решением мы нарушим права истца. Вещи явно женские. Он сам не может их использовать. Поэтому украшения остаются в числе имущества, подлежащего разделу.

Наивная. Знала бы она лучше Кирюшу, не стала бы утверждать, что он не сможет использовать. Их же можно еще дарить и дарить очередной дурочке-простушке, которая слаще морковки в своей жизни ничего не видела.

Зато судья разрешила мне в поиске вынесенного из домашнего сейфа миллиона ознакомиться с движением на счетах бывшемужа. Я понимала, Кирюша не дурак, чтобы украденные деньги положить на свои счета. Явно припрятал у доверенных людей. Но взглянуть было любопытно.

И я увидела!

Он заплатил 42 тысячи рублей в ювелирном магазине, что находился напротив дома, где жили мама с сестрой.

Посмотрела по датам. Буквально через пару недель в этом же магазине мы всей семьей вместе с сыном покупали скромное серебряное колечко для невестки.

Кирюша очень любил покупать. И очень любил расплачиваться. Понятно, нашими общими деньгами. Он словно выше и значительнее становился при этом. Альфа стаи! Глава семьи! Но в тот раз в ювелирном как-то отошел от нас с сыном, постоял в сторонке и делал вид, что сам по себе.

Меня тогда удивило его поведение. Но странного в последнее время стало много. Эти его постоянные жалобы своей маме по телефону: «Я всех кормлю». Нескончаемое выкладывание чеков за продукты на самое видное место. Я убирала чеки в сторону, но он возвращал, словно тыкал ими мне в лицо. И сам набор продуктов, где всё было лишь для него, а под мои потребности ничего, в лучшем случае 200 граммов фиников и то после моей громко высказанной просьбы.

Кирилл всегда был жадноватым. Но в последние годы жадность принимала болезненные формы. Поэтому его «скромность» в ювелирном я объяснила себе параноидальной жадностью последних лет.