Книга Серая шейка. Непридуманная жизнь, страница 2 – Груша Ерофеева

Уже после развода сын сказал мне:

— Мама, ну как ты могла не видеть? Все видели и знали, а ты не видела?

Я не хотела видеть. Не хотела понимать. Мне было страшно видеть и понимать.

Только папа, с его обычными садистскими интонациями юродивого, со смехуёчками, периодически приговаривал: «Эх, Машка, в рай тебя примут напрямую, без чистилища». О чём это он? Но папа любил сказануть что-то очень глубокомысленное и с оскорбительным подтекстом. Не стоило ему задавать вопросы. Прямо не ответит, а оскорблений наслушаешься.

В первое одинокое празднование Нового года папа пришел ко мне. Как бы в гости, встретить год вдвоем. Не знаю, ради меня он это сделал или ради себя. Он тогда жил один. Жена и младшая любимая дочь отселили его в однушку.

Папа решил проявить чуткость души. То есть стал рубить правду-матку:

— Хуй у Кирюхи не сточился, а Светке приятно!

И надо бы ему было заткнуться. Но правда лезла из него, как говно из забитого унитаза:

— В Ленинграде в блокаду люди умирали, но куском хлеба делились, а ты мужика сестре пожалела.

По-папиному выходило, что тварь-то последняя тут я. И никто другой.

Сегодня позвонил брат. Резким голосом спросил, нашла ли я работу, закончила ли судебную тяжбу. Я ответила ему не то чтобы грубо — я не умею грубо — но и без обычных извинений-оправданий.

Зачем он мне звонит? Узнать, жива ли? Не пора ли родным заняться наведением порядка с моим имуществом? Тем более, что живу я в квартире, принадлежащей маме, и понятно, эта квартира волнует многих. Мама еще 20 лет назад обещала оставить эту квартиру мне. И не гонит пока. Но и не переоформляет. Думаю, вариант, когда я просто умру, всех устроит наилучшим образом. Муж при разводе очень упирал на мои суицидные настроения. И надо признать, что юридически это было бы самым спокойным решением — никаких рисков с наследством.

И всем выгоден мой уход со сцены.

Бывший муж избавится от угрозы стать фигурантом дела о мошенничестве в крупном размере. Успокоится. Все украденное останется при нем.

После моей смерти имущество перейдет сыну. А фактически им распорядится заботливый отец и бывший муж. Себя не обидит. А сын инфантил. И единственное, что он может сделать с моим имуществом — прожить его, проесть, прокурить, проглотить какими-нибудь таблеточками. Проиграть.

С бывшей невесткой мы держимся вместе. Мне её жаль. Она выбрала не того человека в мужья. Сейчас развод и маленькая дочка на руках. И нужно одной справляться с жизнью, выплывать. Ютиться в крохотной квартире с мамой и взрослым братом. Я мало чем могу помочь. Я, как сейчас говорят, не в ресурсе. Это если мягко сказать. Но если напишу завещание на внучку, тогда моя смерть станет очень хорошим подспорьем. Вопрос с ипотекой решится сразу. Будет и на хороший первый взнос, и даже больше.

Выходит, всем выгодна моя смерть. И я прежняя сделала бы так, как всем хочется. Неосознанно бы сделала. В моей голове даже мысль не успела бы оформиться.

Я прежняя сделала бы. Но не я сегодняшняя.

Сегодня меня разрывает на куски не предательства моих родных и любимых. Больше всего меня мучает вопрос: "Как могла вляпаться во все это?" Это же какой нужно быть дурой, чтобы под сраку лет загнать себя вот в эту яму, из которой не вижу выхода. Остается лишь лечь и умереть. И окружающие ждут.... Но херушки вам всем. Не дождетесь. Общими усилиями вы меня изменили.