Книга Телохранитель для мажорки, страница 89 – Татьяна Катаева, Татьяна Огнева

Я только закатываю глаза. Папочка года… Варя — копия Артёма. И внешне, и характером.

Та же решительность.

Та же энергия.

Та же способность улетать в неизвестном направлении за три секунды, если не следить за ней взглядом.

Поэтому я не моргаю, наблюдая, как она роет песочницу с таким азартом, будто строит секретный бункер.

Я не знаю, откуда у Артёма такая выдержка?!

Иногда я смотрю на него — на этого спокойного, уверенного, непоколебимого мужчину — и думаю: а ты точно не воспитывал пятерых до меня?

Потому что первые месяцы с Варей…

Господи.

Это был какой-то марафон на выживание.

Бессонные ночи, когда казалось, что время остановилрсь, если Варя не спала. И наоборот, если сон был крепким, ночь пролетала за одно мгновение. Зубы, которые лезли так, будто у ребёнка в дёсне работает маленькая буровая установка.

Мои слёзы в ванной — тихие, чтобы никто не услышал. Усталость, как бетонная плита на плечах.

А Артём…

Он будто вообще не человек был. Будто прошёл спецподготовку, в которой его научили всему, чего я не знаю.

Причём не одну подготовку. Целый марафон бойца на выживание с младенцем.

Судя по тому, как он обращался с нами, у него явно имелись:

— курсы по поведению с младенцами;

— курсы по поведению с их взвинченными мамами;

— практики медитации для тех, кто недосыпает третьи сутки;

— и, кажется, ещё какой-то внутренний генератор терпения, работающий на ядерной батарейке.

Он мог спать по два часа — и всё равно при первом шорохе Вариного крика вскакивал так, будто тревога «боевое поднятие».

И бежал к ней сломя голову. Не уверена, что при этом успевал глаза открыть.

Но всегда бежал.

А потом мог два часа носить её на руках, спокойно покачивая, пока она не утихнет. И при этом напевал колыбельную.

Да…

Пел по-настоящему отвратительно.

Ладно, признаю, пение — его слабое место. Ни один музыкальный преподаватель не выдержал бы это без алкоголя. Но Варя не слышала его фальшивых нот и спала сладко. До сих пор просит ей петь перед сном.

Но не только Варя засыпала под ужасное пение Волкова — я умудрялась тоже.

Потому что я была без сил, и потому что это делал он.

Мой мужчина.

Мой идеал.

Не муж, а сокровище мне достался. Поверьте, не всем так везёт.

Телефон пискнул, сообщая о входящем СМС. Я автоматически потянулась и, глянув на экран, замерла. Сердце на радостях забилось быстрее. Так происходит каждый раз. Уже не в первый раз запускаю, а всё так же волнуюсь.

«Проект запущен. Первый поток открыт. Сайт работает.»

— Что? — Артём уже рядом. Конечно же. Он чувствует мои эмоции раньше, чем я сама.

Я разворачиваю экран к нему.

Он улыбается. Медленно. Той гордой мужской улыбкой, от которой у меня до сих пор внутри всё переворачивается.

— Поздравляю, принцесса. Ты снова сделала это, — обнимая, говорит Артём.

Я вдыхаю, выдыхаю — и смех сам срывается. Да. Я сделала это.

Когда я родила Варю, всё казалось огромным, тяжёлым, необъятным. Тело — как чужое. Гормоны — как на американских горках. Сон — мифическая легенда.

И лишние килограммы…

О, двадцать килограммов любви, которые я набрала благодаря одному заботливому, слишком переживающему мужу.

— Марьяна, ты слишком худая, — ежедневно бурчал муж.

— Марьяна, ты мало ешь.

— Марьяна, беременной нужно набирать вес.

— Марьяна, вот тебе сырники, суп, пюре, мороженное и ещё немного пирога.