Онлайн книга «Цена власти»
|
Мысль о том, что он зависит от Карла, порой приводила Эдвальда в бешенство. Вот уже три раза эликсир, приготовленный алхимиком, не сработал. Три раза лысый ригенский наёмник корчился в агонии, а священник-чудотворец возвращал его к жизни… Каждый раз Карл клялся, что в точности следовал рецепту, однако снова и снова терпел неудачу, причём эффект от эликсира менялся. Если в первый раз Вайса рвало кровью, то во второй он изошёл белёсой пеной. Третья попытка поначалу показалась удачной: королю показалось, будто безобразный шрам на лице ригенца затягивается. Но потом всё стало по-прежнему, а лысый стал синеть и задыхаться. «Может ли быть так, что чёртов старик просто издевается? — проносилось в голове Эдвальда. — Нет, он слишком дорожит девчонкой.» Король вновь спускался в подземелье, но теперь его путь лежал в темницу. Очередная попытка. Очередная неудача? Или же на сей раз его ждёт успех? Азарт поднял в душе Эдвальда горячую волну, заставив прибавить шаг. Последние два испытания король провёл прямо в камере, чтобы отец Дормий наверняка успел исцелить ригенца. Не станет исключением и сегодняшнее. Мастер Уоллес открыл дверь в темницу и, склонив лысеющую голову в подобострастном поклоне, впустил короля и командующего. Вытерев руки об испачканный в чём-то кожаный фартук, он улыбнулся и проговорил: — Старик ожидает. И те двое тоже. Пыточник шёл впереди, держа перед собой лампу. Огонёк на конце промасленного фитиля давал слабый неровный свет, но мастеру Уоллесу это совсем не мешало. Напротив, он всегда щурился, когда приходилось покидать темницу для исполнения обязанностей королевского брадобрея. В такие моменты он напоминал облезлого крота, которого вытащили из земли и зачем-то обрядили в дублет. Вдруг пыточник замедлил шаг и неуверенно заговорил: — Ваше величество, позвольте испросить дозволения попросить… В общем, просьба у меня есть. Король не ответил, но заинтересованно повернул голову. — Этот ваш пленник, священник, уж очень чудной у него дар, возвращать к жизни тех, кто на волосок от гибели. Может быть, отрядите его к нам с Людвигом? — Зачем он вам? — Ну, знаете… — Уоллес почесал лысину, — порой сил не рассчитаем… Там перекрутим, здесь передавим, а очередной бедолага уж в агонии бьётся, да так и помирает, не рассказав, чего следует. Вот если б его тогда можно было сразу исцелить и снова попробовать… — Мне неизвестна ни природа сил, дарованных этому человеку, — строго ответил король, — ни их предел. Он и сам этого не знает. А потому мой ответ — нет. Вы служите мне верой и правдой много лет, мастер Уоллес. Уверен, ваше умение не нуждается в подобного рода послаблениях. Гильям Фолтрейн криво ухмыльнулся и хотел было что-то сказать, как вдруг изменился в лице, замычал и схватился за щёку. — Вас что-то беспокоит, сир Гильям? — участливо спросил мастер Уоллес. — Судебный поединок… Чёртов колдун сломал мне зуб, — простонал тот. — Имперский ублюдок… Всё бы отдал, чтобы снова выпустить ему кишки. — Если зуб сломан, наверняка его остов остался в десне, — осторожно проговорил пыточник. — А раз он болит, значит началось воспаление. Лучше всего будет удалить его хирургическим… — Я не дам ковыряться у меня во рту клещами, коновал, — прорычал сир Гильям. — Навещу лечебницу. У сестёр наверняка найдётся средство от боли. |