Книга Системный Друид. Том 2, страница 85 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Любопытство оказалось сильнее осторожности.

Котомку я закрепил повыше, над головой, стянув ремни до предела, чтобы содержимое осталось сухим. Мешочек с ягодами Вьюна и завёрнутые перья сокола переложил во внутренний карман плаща, который застегнул до подбородка. Нож на поясе, лук и колчан за спиной.

Подход к водопаду занял десять минут осторожного спуска по мокрым камням. Вблизи рёв воды заглушал всё, даже собственные мысли казались приглушёнными, затёртыми белым шумом. Брызги секли лицо, как ледяные иголки, и я щурился, ориентируясь по контурам скал, выступающих из пены.

Стена воды стояла передо мной вертикальной завесой, плотной и очень тяжёлой. Я вдохнул поглубже, прикрыл лицо предплечьем и шагнул сквозь неё.

Холод ударил мгновенно. Вода обрушилась на плечи и голову с такой силой, что колени подогнулись, и я схватился за каменный выступ, чтобы удержаться на ногах. Поток давил сверху непрерывным прессом, заливая глаза, забивая нос и рот.

Два шага в этом аду, каждый давшийся через скрежет зубов, и вода отступила, оставив меня мокрым насквозь, дрожащим от холода и моргающим в полутьме.

Проход был узким, в ширину плеч, с гладкими стенами, уходящими вглубь скалы. Потолок нависал в полуметре над головой, и капли, стекавшие с моих волос, звонко стучали по каменному полу. Дневной свет едва просачивался сквозь водяную завесу за спиной, окрашивая первые метры прохода в молочно-голубой оттенок.

Камень под ногами был гладким. Слишком гладким для естественного образования. Я провёл ладонью по стене: поверхность ровная, без сколов и трещин, с лёгкими параллельными бороздками, идущими по всей длине прохода, следами инструмента, которым выравнивали породу. Пол был таким же ровным, со слабым уклоном от входа вглубь, рассчитанным на отвод воды, просачивающейся через стену водопада.

Обработанный камень. Целенаправленно вырубленный и отшлифованный проход в скальной толще. Это работа рук и инструментов, вложение сил, которое имело бы смысл только для того, кто собирался ходить этим путём регулярно.

Я достал из кармана кресало и трут, высек искру. Масляный фонарь, который я таскал в котомке на всякий случай с того дня, как Торн показал мне подземную мастерскую, оказался на месте, запрятанный во внутренний карман плаща, куда вода почти не проникла. Фитиль занялся со второй попытки, и тёплый жёлтый свет выхватил из полумрака стены прохода, покрытые мелкой каменной крошкой и подтёками минеральных солей.

Я двинулся вперёд, держа фонарь перед собой на вытянутой руке.

Проход тянулся метров двадцать, затем расширялся, переходя в грот с куполообразным потолком, высота которого позволяла стоять в полный рост.

Пол здесь был суше, только в углублениях поблёскивали крошечные лужицы, отражавшие свет фонаря звёздными точками. Воздух стал другим: плотнее, насыщенный чем-то, что щекотало ноздри и покалывало кожу на предплечьях.

Густая мана, лишённая того живого, лесного оттенка, к которому я привык за эти месяцы. Здесь она ощущалась иначе: стерильная, замкнутая, не связанная с корнями деревьев, с ручьями и Лей-линиями. Будто кто-то запечатал кусок пространства внутри скалы и мана, оставшаяся внутри, варилась в собственном соку, сгущаясь и кристаллизуясь.

Система молчала. Ни одной панели, ни одного уведомления. Привычная подсветка объектов, растений, мана-зверей, всего, с чем я привык работать на поверхности, здесь попросту отключилась, будто интерфейс не распознавал окружение.